Мушинский Олег
К + К + К + Путевые заметки

К + К + К — Красный зомби


Впервые легенду о красном зомби команда Кирилла услышала в Караван-сарае. Тот стоял на правом берегу реки Стрелка. Это был огромный сарай, в котором действительно мог бы устроиться на ночь целый караван с верблюдами, погонщиками и товарами, и еще осталось бы прилично места для прочих путешественников. По бокам от него выстроились кирпичные дома постоянных жителей, и всё это было обнесено высоким забором, над которым еще выше возносились пулеметные вышки. Постоянных обитателей тут было сотни четыре — это если включая голодранцев в палатках за забором, выполнявших за еду всю самую черную работу — а сарай, бывало, за одну ночь принимал вдвое больше, и это уже не считая тех, кому дозволялось стать лагерем под забором. Не удивительно, что получившийся поселок так и называли — Караван-сарай.

— А ведь в самом начале тут один сарай был, — с гордостью рассказывал караванщик. — Причём лодочный.

Кирилл лениво прихлебывал травяной чай и машинально кивал. Позади остался тяжелый дневной переход. Команда отмахала по бездорожью без малого двадцать километров. Вдобавок прошлой ночью выпал первый в этом году снег. Не то, чтобы это было совсем уж сюрпризом в конце февраля, но теплая осень растянулась на всю зиму и еще вчера всё выглядело так, будто бы ей на смену сразу придёт весна. Утром снег растаял, обернувшись слякотью под ногами, но температура по-прежнему держалась в районе нуля.

Команда шла, закутавшись в шерстяные одеяла. Катя проделала в каждом из них круглую дыру по центру. Получилось нечто вроде пончо.

— Ну, плюс один к стилю, — сказала Катя, когда Кирилл с Кристиной накинули свои пончо на плечи. — Да, максимум плюс один. За оригинальность.

Впрочем, оригинальным этот наряд пробыл совсем недолго. Окрестные бродяги быстро переняли практичную новинку, благо обзавестись тряпкой, или набором тряпок, подходящего размера оказалось проще, чем полноценной зимней одеждой. В дело пошли и лоскутные одеяла, и случайно подобранные в руинах тряпицы, которые сочетались в самых немыслимых сочетаниях.

Последнее, кстати, оказалось очень практично. Уникальный узор позволял издалека отличить своих от чужих, а если кто-то прихватывал чужое пончо, узор позволял безошибочно определить предыдущего владельца. Те, кому достались однотонные тряпки, расшивали их цветными нитями или просто раскрашивали. Так Катя запустила первую с начала конца света волну моды в одежде, но тогда девушка об этом еще не знала и всю дорогу ворчала. Поворчать в том переходе было на что и кроме слякоти.

Ночной морозец сделал живых мертвецов более заторможенными, чем обычно. Казалось бы — плюс, а на практике вышло наоборот. Да, те зомби, что бесцельно слонялись по дорогам, стали слоняться заметно медленнее, но они и раньше никуда не спешили. Бывало, сутками столбом стояли. Команда Кирилла обходила их так же привычно, как обходят большую лужу на дороге.

Совсем другое дело — те мертвецы, что валялись по придорожным кустам. Если раньше они выползали, едва учуяв живых, и позволяли себя обнаружить метров за десять, то этим днём живые мертвецы просыпались в самый последний момент. Люди уже проходили мимо, и тут зомби выскакивали из кустов, как из засады. Пару раз даже успели ухватить девушек за ноги. К счастью, этим всё и ограничилось, но сопутствующие потери нервов были поистине огромны.

Ближе к полудню команде пришлось переходить вброд мелкую речушку. Течение было едва заметным, а вот глубина — миниатюрной Кате аккурат по грудь. Пришлось раздеваться. В мокрой-то одежде путешествовать рискованно — простудишься, чихнешь не вовремя и привет! — а тело человеческое обсыхает не в пример быстрее. Особенно, если оное тело займется спортом или еще какими-нибудь упражнениями. Заодно, кстати, и согреется.

И вот едва Катя успела полностью обнажиться, как из кустов вывалился долговязый зомби с синим шарфом на шее, и ухватил девушку за бедра. На ее счастье, шарф зацепился за ветку, а то бы мертвец отгрыз Кате половину задницы.

Часом позже, уже в развалинах, такой же засоня вынырнул из-под обломков и схватил Кристину за ногу. Секундой спустя его гнилой череп был размазан по земле, но даже за эту секунду зомби успел оставить отметины своих зубов на сапоге девушки. Эти самые сапоги Катя высмотрела в каком-то элитном бутике специально для Кристины. Они были сделаны из настоящей крокодиловой кожи и до Апокалипсиса стоили настолько страшно дорого, что стажер-криминалист вряд ли смогла бы позволить себе такую обувку. Царапины на ней Кристину, понятное дело, не обрадовали.

Ближе к вечеру на хвост команде сели волки. Стая была небольшая и напасть так и не решилась, но сама их компания уже действовала на нервы. Волки проводили команду до самой ограды Караван-сарая, где их, наконец, отогнала стая местных псов.

После такого дня сложно придумать что-то лучше, чем сидеть у камина, пить горячий чай и слушать истории о чужих проблемах.

— И вот представьте себе, — вещал караванщик. — Все, кто встречали красного зомби — непременно погибали.

— А кто же тогда о нём рассказал? — тихо спросила Кристина.

Она сидела на деревянном стуле с высокой спинкой, вытянув босые ноги к самому камину, и, казалось, дремала.

— Да, действительно, — сразу согласился караванщик. — Ну, может кое-кто и выжил. Или потом погиб. После того, как про красного зомби рассказал.

— Ну, это уже не считается, — лениво протянула Катя.

Завернувшись в одеяло, она лечила пострадавшую за день нервную систему чаем с коньяком.

— А это смотря насколько после, — парировал караванщик. — Если увидел, рассказал и сразу сгинул, то всяко считается.

— Тогда да, — не стала спорить Катя.

— Ну вот, — сказал караванщик таким тоном, каким обычно говорят, что зря ты спорила. — А посмотрите-ка на них.

Он махнул рукой, призывая окинуть взглядом пространство от дальней стены с камином, где расположилась на правах почетных гостей почтовая команда, до входной двери — большой, двухстворчатой и больше похожей на ворота. Вытянутое в длину помещение было разбито на секции перегородками, а посередине оставался широкий проход. В нём, прямо на полу, устраивались на ночлег беднейшие из путешественников. Беднейшие, понятное дело, из числа тех, кто все-таки мог позволить себе переночевать за стенами.

— Больше половины из них тут, чтобы увидеть красного зомби, — сказал караванщик.

— Самоубийцы, что ли? — проворчала Катя.

Почтовая команда дружно напряглась. Массовые самоубийства были не такой уж и редкостью в первые дни после конца света. Потом эта волна пошла на убыль, но иногда еще бывали случаи. Причём нередко эти самоубийцы норовили утащить с собой всех окружающих. Не из вредности, а искренне считая, что спасают тех от грядущих ужасов. Однажды толпа фанатиков чуть не сожгла почтовую команду, посчитав что те вместе с письмами приносят людям надежду, отчего люди не хотят отправляться на встречу с создателем и обрекают тем самым себя на ужасные муки. К счастью, любителей помучиться оказалось больше, чем фанатиков, и они отбили почтальонов.

— Нет, не самоубийцы, — ответил караванщик. — Искатели сокровищ.

— А здесь есть сокровища? — недоверчиво хмыкнула Катя, навострив, впрочем, уши.

— Ага, — сказал караванщик. — У красного зомби.

— Вот как? — Кристина едва заметно усмехнулась. — Тогда не удивительно, что они все умирают. Когда столько народу гоняется за одним кладом, случиться может всякое и без всякого зомби.

— Это точно, — легко согласился караванщик. — И всё-таки красный зомби существует.

— А сокровища? — спросила Катя.

— Сокровища — тоже.

Устроившись поудобнее в кресле, караванщик начал рассказывать.

При жизни до Апокалипсиса красный зомби был известным столичным авторитетом. Звали его, конечно, иначе, но настоящего имени легенда не сохранила. Известно только, что конец света застал авторитета в Стрельне, откуда тот со своими людьми едва вырвался. Вырвался, впрочем, не с пустыми руками. Легенда гласила, что они выехали из города на пяти грузовиках и шести внедорожниках.

— Спрашивается: что они вывезли? — сказал караванщик и сам же ответил: — Какие-то ценности.

Далеко они не уехали. Очень скоро дороги оказались забиты беженцами, брошенными автомобилями и живыми мертвецами. Поплутав по окрестностям, колонна встала лагерем в коттеджном поселке, откуда убежали все живые и ушли все мертвые. Мертвые потом вернулись и попытались отбить поселок, да не тут-то было! Живые успели там основательно окопаться.