- Почти у всех в руках бокалы, - сокрушённо сказала она, прижимаясь к окошку и выворачивая себе шею, чтобы получше оглядеть зал.

- Вам нужен вон тот, чуть правее, с лошадиным лицом, - услужливо подсказала я.

На неодобрительный взгляд Эстли я ответила праведным недоумением: что тут такого, я ведь всего лишь помогла лорду Кэмерону объяснить, о котором мужчине идёт речь!

- Виконт Бонтри – человек, известный в свете, общительный, умный, - принялся перечислять достоинства герцогского кандидата в женихи Эстли. Сперва его голос звучал сердито, но вскоре это прошло: граф сосредоточился на своей задаче, сконцентрировав внимание на Антонелле, а не на мне. – Он регулярно упражняется в фехтовании. Как видите, он в отличной форме.

- О да, для его возраста – безусловно, - с важным видом кивнула я.

И вопросительно взглянула на Эстли: мол, что вам опять не нравится?

- Леди Инесса напрасно делает саркастические замечания, - жёстко заявил тот. – Виконт совсем ещё не стар.

- Лорд Кэмерон, неужели вы подумали, будто я упомянула о возрасте виконта как о недостатке? – неискренне изумилась я. – Ну что вы! Конечно, он намного старше леди Антонеллы, - я улыбнулась девушке, - но это скорее его достоинство, нежели недостаток. Рассудите сами, леди Антонелла: с таким женихом у вас появятся все шансы оказаться со временем весьма молодой вдовой. А это – самое лучшее положение, какое только можно придумать для современной женщины. Такие возможности, столько открытых перед вами дорог!

Девушка наклонила голову, пытаясь спрятать смешок. Как я уже упоминала, у неё были хорошие манеры, и она явно старалась вести себя сдержанно, не реагируя слишком эмоционально ни на заявления Эстли, ни на мои комментарии. Это внушало уважение, но и несколько раздражало: я никак не могла понять, насколько продвинулся к достижению своей цели мой соперник.

- Лорд Бонтли обладает крепким здоровьем, - с нажимом произнёс граф.

- Вот это уже недостаток, - показательно вздохнула я.

- Как я уже упомянул, он в отличной форме и выглядит молодо. Взгляните сами, у него даже нет морщин.

Леди Антонелла по-прежнему не выказывала предпочтения ни одному из нас, в равной степени внимательно слушая обоих.

- А это весьма любопытно, - снова вмешалась я. – Обычно у людей, которые утруждают себя размышлениями, появляются морщинки на лбу. Вот у лорда Эстли, к примеру, они иногда бывают заметны. – Я послала графу доброжелательную улыбку.

- Особенно когда я общаюсь с вами, - проворчал он.

Моя улыбка от этого замечания ничуть не потускнела.

- А у виконта Бонтли таких морщин нет, - продолжила рассуждать я. – Как вы думаете, леди Антонелла, о чём это говорит?

- Леди Инесса, а ведь у вас тоже нет на лбу морщин, - не остался в долгу Эстли. – Как вы полагаете, о чём говорит это?

- О том, что я хорошо забочусь о своей коже, - отрезала я.

Между тем через окошко в коридор полились звуки музыки.

- О, леди Антонелла! – воодушевлённо воскликнула я. – Взгляните на исполнителя, он заслуживает вашего внимания. Этот человек молод душой и телом, и к тому же талантлив, как вы можете убедиться. Он подойдёт вам значительно больше, чем лорд Бонтли.

- Кто? Этот юноша-пианист?

Эстли с трудом дождался, пока Антонелла отстранится от окошка, чтобы занять её место. Поглядев на Кайо Риверо в течение нескольких секунд, он беспечно расхохотался.

- Ведите себя потише, не то мы привлечём чьё-нибудь внимание, - осадила его я.

- Простите, леди Инесса, но, право, вы превзошли саму себя. Вы действительно прочите этого мальчика леди Антонелле в мужья?

- Леди Антонелла сама будет решать, - сердито сверкнула глазами я. – И, уверена, сделает правильный выбор. Просто послушайте эту божественную музыку, - мягко обратилась я к девушке. – И посмотрите на его одухотворённое лицо. Этот мужчина будет носить вас на руках.

- Вполне возможно, - усмехнулся Эстли. – Если только у него хватит на это сил. Однако боюсь, леди Антонелла, что при таком раскладе роль носящего достанется вам.

- Быть может, господин Риверо и не увлекается фехтованием, - вмешалась я, - зато он – человек образованный и высокодуховный.

Делая свои реплики, мы оба смотрели исключительно на девушку, словно не замечая присутствия оппонента.

- Ну да, - увлечённо подхватил Эстли. – Первый месяц вы будете говорить о музыке. Второй месяц вы будете говорить…о музыке. Третий месяц вы будете говорить…угадайте, о чём?

- О музыке? – предположила Антонелла, спеша опустить долу живой и, в данный момент, смешливый взгляд.

- Умница, - похвалил её Эстли. – А на четвёртый месяц вы будете готовы полезть в петлю от скуки. Или станете мечтать о положении вдовы, так вдохновенно отрекомендованном вам леди Инессой. Нет, в самом деле, - тут он всё-таки соизволил повернуться ко мне, - неужели вы это всерьёз? У него ведь, кажется, даже борода ещё не растёт!

Я хладнокровно пожала плечами.

- Ну и что? Борода это ещё не признак мужественности. Она растёт не только у людей, но и, например, у козлов. Но это ведь не повод выходить за них замуж, не так ли, лорд Эстли?

Мы с Эстли синхронно перевели взгляды на Антонеллу. Девушка тихо смеялась, прижав к губам ладошку.


Прошло два дня. За это время Антонелла успела немного обжиться во дворце, а также познакомиться с обоими кандидатами в женихи. Общались они, как и положено при первом знакомстве, не наедине, а при большом числе народа. Я была бы рада устроить девушке и музыканту встречу, более напоминающую свидание. Эстли стремился к тому же, с той разницей, что согласно его планам, спутником Антонеллы должен был стать виконт. Однако пока ни у кого из нас ничего не выходило. Я препятствовала лорду Кэмерону, а лорд Кэмерон – мне.

Но рано или поздно чаши весов должны были качнуться в чью-то сторону. В тот день мне не повезло. Я помогала Антонелле разбирать заколки, тесёмки и прочие женские принадлежности, доставленные по заказу из лучшей галантерейной лавки в герцогстве, когда в будуар, предварительно постучав, зашла горничная и вручила мне сложенную вдвое записку. Послание было от Илоны. На листе бумаги, какие в изобилии водились на женской половине дворца, было написано всего два предложения: «У леди Мирейи лекарь. Всё очень плохо».

Попросив у Антонеллы прощения, я поспешила в покои дючессы.

На первый взгляд, атмосфера здесь царила такая же, как обычно. Три фрейлины сидели в граничившей с будуаром Малой гостиной, и каждая занималась своим делом. Одри вышивала, Лоретта делала вид, будто читает книжку, Илона проглядывала свежую газету, расположившись на диване и держа на коленях распахнутую табакерку. Вот только вид у всех был напряжённый, что не замедлило проявиться в беспокойных взглядах и резких движениях, коими сопровождалось моё появление.

- Лекарь ещё там? – без проволочек спросила я, взглядом указывая на дверь будуара.

- Да, - подтвердила Лоретта.

- Давно?

- Уже порядочно.

Я прошлась по гостиной, нервно сцепив руки.

- Что же именно произошло?

Одри сокрушённо покачала головой.

- Никто из нас не знает подробностей.

Я вздохнула. Очень хотелось незамедлительно допросить лекаря, но приходилось держать себя в руках.

- Но…всё настолько серьёзно? – предприняла я очередную попытку хоть немного разобраться в ситуации.

- Похоже, что да, - кивнула Лоретта.

- На общем уровне, думаю, не слишком, - одновременно с ней откликнулась Илона.

Мы с Лореттой разом повернулись к подруге.

- Что ты хочешь этим сказать?

Илона флегматично пожала плечами.

- Что всё познаётся в сравнении.

Я прижала руку к пылающему лбу. Недомолвки мне не нравились, но, если судить по словам Илоны, положение всё-таки небезнадёжно. Что же случилось с Мирейей? Она никогда не страдала слабым здоровьем.

- Кто-нибудь пытался туда зайти? – спросила я, лишь чуть-чуть не доходя до двери будуара.

В конце концов, лекарь переживёт, если первая фрейлина дючессы будет присутствовать при осмотре!

- Боги упасите! – в священном ужасе махнула рукой Лоретта.

- А что тут такого? – возмутилась я.

Право слово, как можно относиться к страданиям Мирейи с таким равнодушием?!

- Свечку им, что ли, держать? – удивилась фрейлина.

- Для этого есть канделябр, - раздражённо сообщила я и замерла, лишь по прошествии нескольких секунд осмыслив суть сказанного. – Давайте уточним. В будуаре леди Мирейи сейчас лекарь?

- Лекарь, - в один голос подтвердили девушки.

- Но она не больна?

- Не больна.

- Стало быть, это её новый любовник? – продолжала дотошно допытываться я.

- Ну да, - протянула Лоретта, будто речь шла о чём-то само собой разумеющемся. – А ты что подумала?