«…сложная экономическая ситуация никак не отразилась на доверии граждан к власти… они по прежнему доверяют власти и не собираются протестовать. Как говорится, мы никогда не жили богато, так стоит ли сейчас привыкать?» – возникают совершенно естественные реакции.

Вообще–то мы никогда не жили бедно, но почему–то абрамовичей да дерипасок это не устраивало, поэтому, начиная с Горбачева и его Горбачушки, левензоны рассказывают мне, как я поддерживаю право Чубайса проводить террористические реформы. А чуть старики от голодной радости выйдут на улицу – так любой левензон тут же на пальцах докажет, что это демонстрация в поддержку курса Путина–Чубайса.

Вот прочту я фантазии такого левензона, и на душе спокойно становится. Спи спокойно, страна. В Багдаде все… будет, как на «Русском радио». Тем более, что Путин для восстановления величия страны обещал «пожертвовать личной жизнью». Он же офицер! (слово «офицер» уже стало ругательством?)

Недавно включил по радио программу Барщевского «DURA LEX», так там они вместе со Степашкиным столько слов на тему офицерской чести Путина сказали. Для этого даже целую комедию разыграли: «Скажите, Сергей Вадимович, а почему вы подали в отставку? – Понимаете, Михаил Юрьевич, в теракте погибли люди, и я как офицер, присягавший Советскому Союзу 40 лет назад, был обязан… Кстати, такой же честью офицера руководствовался Путин (в этот момент я обомлел, думая, что Вован из–за непрекращающихся терактов решил уйти, но следующая фраза сняла гору с моих плеч), когда в 1991 году ушел из КГБ». Вот так, по мнению степашков, офицерская честь – это не тогда, когда ты согласно присяге защищаешь Родину до последнего вздоха, а когда ты подаешь рапорт об отставке и спокойненько устраиваешься холуем геополитического противника и своей верной многолетней службой на благо США получаешь право взорвать несколько домов, утопить «Курск», затопить «Мир» и устроить финансовый кризис. Смешно все–таки, как главный пожарный Степашка разговорами об офицерской чести лижет путинскую <вырезано цензурой>.

Помните тот анекдот, в котором гринписовец пристает к даме в шикарном манто с вопросом:

- А знаете, сколько животных было убито, чтобы сшить вам шубу?

И получает резонный ответ:

- А знаешь, скольких скотов надо обслужить, чтобы ее купить?

Так что офицеры наших спецслужб давали присяги не для того, чтобы во всем себе отказывать. Причем тот же Путин никогда не утверждал, что он служил Родине, он всего лишь служил в Комитете, вот ему–то он никогда не изменял. Штирлиц бывшим не бывает! А вот Родина для многих комитетчиков легко может стать «бывшей». И правда, зачем хранить верность неэффективной стране? Вовремя встать на сторону победителя – это не предательство, а прагматизм. Главное, как говорит Чубайс, вскочить в вагон уходящего поезда.

А. ШИПУНОВ

ПОЛИТИКА И ЭКОНОМИКА

ДОВЕРИЕ К ВЛАСТИ КАК ФАКТОР НАЦИОНАЛЬНОЙ БЕЗОПАСНОСТИ

Доклад, сделанный 4 декабря 2009 г. на Всероссийской научной конференции «Национальная безопасность: научное и государственное управленческое содержание»

Изображение к книге К Барьеру! (запрещённая Дуэль) №5 от 02.02.2010

Понятие национальной безопасности характеризует такое свойство системы (или состояния системы), которое в простейшем случае может быть определено как ее элементарная устойчивость относительно внешних и внутренних негативных воздействий, способных при пониженном уровне этой многоаспектной характеристики привести к ухудшению состояния или даже к полному разрушению системы. Одним из несиловых аспектов этого понятия, на который хотелось бы здесь обратить внимание, является доверие народа к власти.

Важнейшая роль этого фактора и его связь с категорией «безопасность» очевидна хотя бы по событиям нашей новейшей истории. Утрата доверия народа к «руководящей и направляющей силе» прямо способствовала не только краху КПСС, но и развалу «Союза нерушимого» - СССР, т.е. крупнейшей геополитической катастрофе XX века после Второй мировой войны. С точки зрения национальной безопасности вряд ли можно сомневаться в необходимости своевременного и аккуратного отслеживания динамики этого параметра и анализа причин его изменения.

По историческим меркам потеря доверия народа к власти может происходить очень быстро, как это видно на примере первого и единственного президента СССР М. Горбачева. В случае первого президента России Б. Ельцина этот процесс был несколько продлен за счет интенсивных искусственных манипуляций с «коробками из-под ксерокса» и других процедур, которые отложились в памяти народа вместе с обещанием «лечь на рельсы». Тем не менее, очередная потеря доверия к власти грозила обернуться дальнейшим развалом государства – теперь уже России.

Смена лидеров и сопутствующие этому изменения в действиях власти породили новые надежды и предотвратили катастрофическое развитие этого процесса. Однако сейчас этот новый лимит доверия кажется уже почти исчерпанным. Об этом свидетельствует, в частности, реакция посетителей блога президента РФ Д. Медведева на его статью «Россия, вперед!» и Послание Федеральному Собранию.

Среди причин этого «исчерпания» имеются как и вновь возникшие, так и доставшиеся «по наследству».

К числу таких наследственных обременений относятся неустраненные до сих пор негативные последствия первых лет бурного построения «рыночных отношений», например, многолетнее злостное неисполнение российскими властями Закона об индексации денежных доходов и сбережений граждан от 24 октября 1991 г., подтвержденного Постановлением Конституционного суда от 31 мая 1993 г.

В результате таких противоправных действий был поставлен жирный крест на нормальном процессе формирования среднего класса, и вместо нормального распределения граждан по доходам реализовалась уродливая «двугорбая» кривая с провалом в том месте, которое обычно занимает средний класс. «Кинутые» государством (гайдаровским правительством) и потерявшие нормальную ориентацию граждане ошалело бросились в объятия всяких «МММ», «Тибетов» и прочих «Хопров», где их как следует поимели уже частным образом.

Негативные последствия таких преступных действий власти в правовой, финансово-экономической, политической и социальной сферах до сих пор не получили надлежащей оценки, что в итоге может затем проявиться миной замедленного действия с большой разрушительной силой.

Необходимо подчеркнуть, что в результате этого массового нарушения законности пострадали не только дореформенные вкладчики Сбербанка, как это обычно представляется в СМИ, но и основная масса бюджетников, пенсионеров, студентов, аспирантов…

Именно за счет ограбления этих широчайших социальных слоев, за счет их пенсий, стипендий и бюджетных зарплат, минимальный размер которых опустился ниже официального прожиточного минимума, произошло построение коррумпированной бандитской системы. От этой системы нынешней власти очень трудно даже просто отмежеваться, не говоря уже о том, чтобы ее одолеть.

По поводу этого ограбления многие граждане России обращались и в судебные инстанции, и к представителям высшей законодательной и исполнительной власти. Однако решения судов общей юрисдикции всех уровней вплоть до Верховного суда РФ просто-напросто игнорировали Постановление КС РФ, а ответы других ветвей власти, включая Уполномоченного по правам человека в РФ, также не являлись удовлетворительными ни по существу, ни по форме.

Таким образом, представители всех ветвей власти преподали (и продолжают преподавать!) народу очень наглядный и надолго запоминающийся урок правового нигилизма и безответственности. Это обстоятельство никак не способствует укреплению авторитета власти в глазах народа.

Примером другого, более нового, обстоятельства, подрывающего доверие народа к власти, является провозглашенная неприкасаемость первых лиц после их ухода со своего поста.

Формирование общественного мнения о власти зависит не только от реальных результатов ее деятельности, но и от способа их представления и обсуждения в СМИ. Императору Наполеону приписывают слова о том, что он больше боится трех газет, чем ста тысяч штыков. Эти слова верно описывают влияние СМИ, даже если они сами возникли в средствах массовой информации.

Независимые и государственные СМИ при определенных условиях способны обеспечить эффективную и конструктивную информационную связь власти и народа. При нарушении этих условий авторитет власти, вообще говоря, падает.