Ради внучек она была готова на все, она бы жизни не пожалела, особенно чужой. Именно из-за Кати и Наташи, а вовсе не ради всяких бритых ее поколение по шестнадцать часов у станка стояло. По телефону теперь отвечала только бабушка такими командами, что ей позавидовал бы прежний Алискин папа. Вендетту выгуливали один раз, днем. Вендетта и сама все понимала и не отходила от девочек ни на шаг. Но бабушка, глядя на нее, только презрительно фыркала.

А у Зины все валилось из рук. Два листочка из черной папки она спрятала на работе в милиции в сейфе, ключи от которого были только у нее. Они часто разговаривали по телефону с заведующей, и очень жалели, что у них нет всех документов. А вот если бы они у них были, то весь бы этот кошмар тут же закончился, потому что этих гавриков замели бы в КПЗ до суда, уж эту-то меру пресечения Зина для них бы устроила.

Вечером, когда Зина втайне от бабушки тихонько курила в кухонную форточку, балансируя полным телом на табуретке, Алиске стало ее жалко, просто не сказать как. Черт с ними, со всеми этими бывшими! Ведь дети и собаки - самое главное в жизни. И пускай дети поют в хоре, если хотят, а собаки гуляют по три раза, как бывало у них раньше с Вендеттой. Она забралась притихшей Зине на колени, засунула свою морду ей под мышку и решила завтра на прогулке с Зиной заложить свою бывшую маму, а папу сдать в КПЗ. И все у них тогда будет хорошо, просто замечательно, потому что весной Вендетта обязательно даст ей немножко поносить свою медальку.

Ночью Алисе снилась весна. Каждую весну, которая, как водится, приходит сразу после зимы, всегда встречаешь как самую первую. Или последнюю. Но это уж как повезет. Когда на прогулку не надевают больше жилетку, а дома после улицы моют лапы в тазике - это уже весна. Ух, сколько разных запахов появляется весной! Иногда даже не успеваешь возле них поставить свою небольшую метку. Как славно они будут гулять вместе с Вендеттой этой весной! Так и видишь, как подруга озабоченно трусит рядом, и пока она сосредоточенно делает свои дела, тревожить ее нельзя. Весной хочется лаять на всех подряд. И тут уж то со счетов тебя никому не снять, потому что прямо за тобой - широкая улыбка Вендетты...

Вечером на следующий день, придя после работы домой, Зина, первым делом, убедилась, что у девочек и бабушки все нормально. На прогулку она взяла одну Алису. Вендетту по-быстрому выгуляла днем Наташа, и она только грустно смотрела, как Зина надевает на Алису ошейник, и застегивает ремешки поводка. Она все понимала и даже не порывалась вместе с ними на прогулку.

Выходя в дверь, Алиса почему-то обернулась. Вендетта стояла, прислонившись к дверному косяку, и ласково улыбалась им вслед всеми своими сахарными клыками. Алиса еще раз удивилась шутке природы, снабдившей такой мощью Вендетту, а не кого-нибудь другого, более достойного.

Теперь у Алисы началась работа. Щуплой грудкой налегая на поводок, она упрямо тянула Зину к клубу "Черепашка". Обычно она наоборот по этой дороге ходить опасалась. Остерегалась, короче. Сами знаете чего.

Удивленная Зина едва за ней поспевала. Несколько раз она заворачивала ее на другую дорогу, но Алиса твердо выводила ее в прежнем направлении.

"Алиса! Ты куда? Да куда ты меня тянешь? Нет там никого, все закрыто! " - пыталась отговорить ее Зина, но раз Алиса решила, то она должна была сделать это. Клуб, вопреки словам Зины, был открыт, а из-под двери заведующей выбивалась узкая полоска света. Алиса стала на задние ножки, опираясь на стену, и залаяла на застекленный стенд. Она не давала Зине отойти, сосредотачивая ее внимание на деревянной раме стенда. Зина подошла к стенду, потрогала его рукой, и с легким шуршанием к ее ногам спланировала легкая черная папка. Вдруг из освещенной комнаты хриплый неузнаваемый голос позвал: "Зи-на! Зи-на! Это т-т-ты?" Заведующая сидела привязанная к стулу с окровавленным, разбитым ртом. Пиджак старого двубортного костюма был разорван, из него вывалились тощие сморщенные груди со свежими подпалинами сигаретных ожогов. Зина охнула высоким, срывающимся на визг голосом.

- Не т-теряй в-время, Зи-на, они к-к т-тебе п-пошли. П-прости, я с-с-сказала п-п-п-ро листочки... Т-т-твой адрес они з-з-з-знают... П-прости меня! - устало просипела заведующая оцепеневшей Зине. Но Алиса, уже почуяв беду, завыла и рванула Зину за собой к выходу.

Они забежали с Зиной в полутемный подъезд, и от запаха крови у Алисы встала шерсть дыбом. Их двери не было вообще. Тускло светила лампочка в коридоре. Зина протяжно застонала и опустилась у порушенного косяка, загородив полным телом весь проем. "Мама! Не плачь, мы тут все живые! Бабушке плохо, но она сказала нам до милиции в коридор не выходить, " раздался тонкий голосок Наташи из маленькой комнатки.

На голос девочки Алиска энергично ввинтилась в просвет между косяком и Зиной. Прямо перед ней лежал бритый в луже крови с вырванным горлом, а у порога валялась чья-то измочаленная кисть руки. И уже в последнюю очередь, в накатывающей дурноте Алиса увидела Вендетту, к оскаленной морде которой прилип оторванный рукав клетчатой куртки. Коридор был завален щепой и дверными обломками, а пол и потолок почему-то покрылись сажей. Все брюхо Вендетты было исполосовано ножом, а в широкой груди Алиса насчитала больше пяти пистолетных дырок. Дальше она считать не умела, но в очередной раз удивилась Вендетте, которая, наконец, выработала психологическую устойчивость к выстрелам.

* * *

Клетчатого обнаружили в приемном покое ближайшей больницы, где его срочно готовили к операции. Милиционеры на работе сказали Зине, что в зону он пойдет калекой. Если вообще оправится от травматического шока и большой потери крови. Алискиного папу упекли в КПЗ, но те же милиционеры честно сказали, что у него очень хороший адвокат, и еще что-то о мохнатой лапе в прокуратуре. Но черная папка, добытая Алисой, равнялась по эквиваленту десяти тоннам тротиловой смеси. Поэтому от бывшего папы Алисы сейчас публично открещиваются в печати не только самые высокие чины города, но даже кое-кто и в Москве. Скорее всего, что, при таком раскладе, папе до суда не дожить. Хотя кто знает?

Заведующая вышла с больничного месяц спустя, но до сих пор немного заикается. Клуб стал муниципальным, педагогам начали даже платить деньги, хотя долги по зарплате так и не отдали. Но никто из них не теряет надежды, поэтому и хор народной песни, где с удовольствием поют Катя и Наташа, называется "Надежда".

Дверь Зине поставили, потолок они с бабушкой побелили, а одна из подруг притащила со своей работы списанный линолеум. Красивый такой, хотя и потертый немного в некоторых местах. Младшая Катя только долго сикалась по ночам, но Славик ее полечил какими-то травками, и все прошло.

Все прошло и все, вроде бы, по старому. Алиса аккуратно берет в зубы Барби и укладывает ее в колясочку. Ту-ту! Тетушка Алиса покатила всех Барби купаться. Большой берет Вендетты несколько великоват и все время сползает на нос, закрывая глаза, но на другой берет Алиса не согласная. Под ногами крутится маленькая Норма - точная копия Вендетты.

Ротвейлеры упали в цене, и бабушка смогла сбиться на нее с одной пенсии.

Она и покупать щенка сама ходила, предварительно наведя все необходимые справки. Бабушка теперь страстная поклонница ротвейлеров и считает, что у них есть характер. А это, как вы понимаете, чего-то стоит. Зина до сих пор ревет, глядя на Норму. Поэтому Алиса взяла ее под свое крыло. Молодежь зеленую всему-то учить надо....

Алиса дремлет на коленях у Зины. Девочки спят, а Норма устроилась возле их диванчика на коврике. Алисе снится сон, как она бежит по росистым травам среди барсучьих нор, под писк полевых мышей. А рядом бегут Рэт Батлер Махно и Вендетта. Вокруг них выстроились в почтительную шеренгу коровы, но плевать им, по большому счету, на коров!

И так им хорошо бежать вместе, ведь они счастливы, а сердца их полны любовью...