— О-о, я уверен, сэр, что вам понравится. Позвольте предложить вам «Бис-А».

— «Бис-А»? — повторил Моран. — Отлично. Пусть будет так.

И он направился к кабинам лифта.

— Номер «Бис-А».

— Слушаюсь, сэр, — ответил робот.

Номер находился несколькими этажами выше. Рекс Моран вышел из лифта, посмотрел указатели на стенах и направился к нужной двери. Номер оказался самым роскошным из всех, в каких ему доводилось бывать в своей жизни. Он подошел к экрану телевидеофона и сказал:

— Номер мне подходит, и я оставляю его за собой.

Механический голос робота ответил:

— Прекрасно, сэр. Будьте добры, вставьте в щель экрана вашу универсальную кредитную карточку.

Рекс Моран, глубоко вздохнув, вытащил из кармана карточку Фрэнка Весайлиса и сунул ее в щель автомата. Потом быстро достал фотокопию отпечатка большого пальца правой руки Весайлиса, приложил ее к экрану и моментально отдернул.

Механический голос произнес:

— Благодарю вас, сэр.

Рекс Моран еще раз сделал глубокий вдох и медленно, сквозь зубы выдохнул:

— О, бессмертные боги, вот не думал, что сработает.

III

Он позвонил по видеофону, чтобы узнать время. Три часа дня. Если ничего больше не случится, дело сделано. Он набрал номер коридорного и сказал прямо в экран:

— Пришлите-ка мне несколько бутылок различных напитков. Скажем, бутылку шотландского виски, настоящего коньяку, матехи, бенедиктина, бутылку шеррихеринга, шартреза, разумеется, не зеленого, а золотистого, потом бутылку перно, затем абсента или какого-нибудь ординарного вина.

Синтезированный голос робота ответил:

— Сэр, в нашем отеле все это можно получить в баре-автомате, который стоит у вас в номере.

— Но я хочу составить коктейль по собственному рецепту.

— Хорошо, сэр. Будет сделано, сэр. Через бар-автомат, сэр.

— Проследите, чтобы все было наивысшего сорта.

— Обязательно, сэр.

Продолжая улыбаться, Моран подошел к бару-автомату, достал бутылку шотландского виски «Глен-Гранд» и восхищенно посмотрел на нее. За всю свою жизнь ему только раз пришлось попробовать такое виски. Штука сия стоила на вес золота с тех пор, как фирме «Сентрал продакшен» запретили использовать зерно для гонки спирта. Он добавил содовой в стакан и, вышагивая по номеру, размышлял, чем бы еще заняться.

Что бы еще сделать такого, чего он прежде не мог себе позволить? А-а, вспомнил! Икра! Черная икра! Он никогда досыта не ел черной икры. Если признаться по совести, икры, которую он съел за свою жизнь, вряд ли хватило бы заполнить стограммовую баночку.

Он снова позвонил коридорному, и огромная банка икры была доставлена наверх вместе с настоящим сливочным маслом. Уписывая всю эту благодать за обе щеки, он заказал еще тушку копченой осетрины и семгу.

В ожидании заказа он соорудил себе второй стакан виски с содовой. «Глен-гранд»! Надо запомнить название. — Вдруг еще раз выпадет такой случай.

Остаток дня он занимался тем, что производил дегустацию тех лакомств и напитков, которые ему когда-то очень хотелось отведать. И когда пришло время обеда, к великому его негодованию, есть совершенно не хотелось. А он-то собирался заказать обед, достойный Гаргантюа.

Моран еле дотащился до спальни и завалился спать. Ночь он проспал как убитый.

Утром проснулся с тяжелой головой, но боги еще не бросили его. На бутылке «Глен-Гранда» появилось несколько новых отметок мелом. Он лежал и улыбался, глядя в потолок. На стоявшем возле кровати телевидеофоне набрал время. Синтезированный голос робота произнес: «Когда зазвенит колокольчик, будет ровно без девяти минут восемь».

Эге, осталось-то всего ничего. Девять минут. Отлично. Он заказал по номеронабирателю такой обильный завтрак, что хватило бы слону. Свежий сок манго, ананасовый напиток, яйца всмятку, снова черная икра, гренки, жареные помидоры, Кофе — все двойными порциями.

Он принялся есть, рыча от удовольствия.

Завтрак был закончен ровно в восемь.

Отлично! Моран торжествующе рассмеялся — пора приступать к делу.

Он не спеша принял душ, затем набрал номер ультрасупермаркета, отдел мужской одежды, и стал со знанием дела заказывать один предмет за другим, чтобы тут же, по мере поступления, распаковать и осмотреть.

Постепенно из вещей образовалась изрядная гора. Наконец часов в десять Рекс решил опустошить счет Весайлиса основательно. Набрав номер отдела по продаже «моторов», он заказал себе спортивную модель персональной машины, приказав доставить ее к стоянке возле гостиницы.

Через десять минут в дверях загорелся экран: у входа в номер стояло два человека — один в штатском, другой в полицейском мундире.

Штатский возмущенно сказал Морану:

— Пройдемте.

Полицейский же удивленно разглядывал гору покупок, оберточную бумагу и обрывки веревок, разбросанных по комнате.

— Вот те на! — только и смог сказать полицейский.

Морана доставили в лифт, спустили в вестибюль и вывели на улицу, где стояла патрульная машина.

Полицейский сел за руль, а Рекс Моран и штатский забрались на заднее сиденье.

Последний спросил мрачновато:

— Ну как, насладился жизнью?

Моран усмехнулся.

— Хорошую шутку отмочил, — заметил сидящий за рулем. — Мы почти схватили тебя в кафетерии. Нам следовало сразу же засечь тебя по нулевому пеленгу.

— Я тоже удивился, почему вы этого не сделали, — сказал Моран. — Полицейская расхлябанность.

Его доставили в местное отделение службы распределения жизненных благ, где он предстал пред светлые очи самого Мэрвина Рехлинга, начальника отдела.

При виде Морана Мэрвин произнес:

— Ну и нахал! Даже спортивную машину купил. Вот сукин кот. Что ты там натворил у Весайлиса? Он весь кипит от злости.

Рекс весело рассмеялся:

— Да ничего особенного. Пусть только он останется в неведении, что произошло на самом деле. А так все обошлось благополучно.

— Благополучно?! Ничего себе! Если бы он умер от разрыва сердца, тогда что? А потом, пешеход, которого ты перепугал…

— Но вы же сами хотели убедиться, вот и убедились, — отвечал Моран.

— Убедиться-то убедились, — заметил человек в штатском. — Да только теперь нужно нейтрализовать наше сообщение о твоем розыске. А то выйдешь на улицу, и тебя кто-нибудь прихлопнет.

— Ну, и какие твои выводы? — спросил Морана Рехлинг.

— Нам придется что-то сделать с этими кредитными карточками. Надо иметь гарантию, что отпечаток пальца подлинный. Иначе настоящий грабитель найдет какого-нибудь богача, одинокого, без родных и друзей, отвезет куда-нибудь подальше и прибьет, труп зароет, а затем возьмет его карточку, отправится в другой конец страны и, пользуясь моим методом с фотокопией, будет себе спокойно получать доходы с дивидендов, поступающих на счет покойника.

Мэрвин Рехлинг серьезно посмотрел на него.

— Что можно сделать, по-твоему?

— Почем я знаю. Это — дело ученых и инженеров. Пусть они думают. Может быть, сделать на карточке или на экране, скажем, детектор биотепла. Я не знаю. Я доказал, что в существующей сегодня кредитно-денежной системе есть лазейки для воров и мошенников.

— Что еще?

Рекс Моран призадумался немного.

— Ну, я уже говорил по дороге Фреду. Арест по телевидеофону себя не оправдал. Конечно, я согласен: в обыкновенных случаях это экономит время и силы, но когда имеешь дело с настоящим преступником или бандитом, да еще вооруженным, тут надо сразу засекать его местонахождение по нулевому пеленгу наручного видеофона, если, конечно, он настолько глуп, что будет таскать с собой эту штуковину.

— Очевидно, Рекс прав, — произнес человек в штатском.

Мэрвин Рехлинг глубоко вздохнул:

— Ладно, Моран, пари ты выиграл. Сумел почти без гроша прожить с комфортом целых двадцать четыре часа. — Он взглянул на своего подчиненного и добавил: — Но уверяю, что через шесть месяцев я ликвидирую все лазейки, которые ты использовал в своих похождениях.

Рекс Моран усмехнулся:

— Пари?