К этому времени советская политическая система, несмотря на начавшуюся в 1950-х гг. десталинизацию, сохранила свою незыблемость и однопартийную основу, а партийная элита — монополию на принятие решений. Исходя из этого, идеологический уровень взаимоотношений партийного руководства и Советской Армии существенно не изменился. В принятой на XXII съезде новой программе партии руководство КПСС Вооружёнными Силами считалось «основой основ военного строительства» [227, с. 310-312].

Исходя из внешнеполитической доктрины советского руководства, принятой после смерти И.В. Сталина, основанной на идее мирного сосуществования капиталистической и социалистической систем, а также предложения мировому сообществу о сокращении Вооружённых сил, которое подкреплялось в середине 1950-х гг. выводом советских войск и ликвидацией военных баз в Финляндской Республике, Австрии, Китае и Румынии, политика советской партийной элиты во главе с Н.С. Хрущёвым, исключавшая прямую угрозу третьей мировой войны, предполагала рассмотреть перспективу сокращения Вооружённых Сил СССР и расходов на оборону страны.

Первый секретарь ЦК КПСС Н.С. Хрущев, являясь фактически преемником И.В. Сталина (который единолично решал все вопросы обороны), продолжил установившуюся традицию. Подобное положение дел вполне устраивало Н.С. Хрущёва, так как отвечала деятельной натуре и безудержному темпераменту главы партии, совершающего порой весьма необдуманные действия, о чем в последующем говорили многие из его окружения: он поражал всей своей безапелляционной уверенностью, с которой выносил не только военно-политические, но даже военно-стратегические решения» [219].

Свое первое вмешательство в военные дела государства Н.С. Хрущев осуществил в 1954 г., отвергнув концепцию строительства подводного военно-морского флота, представленную главнокомандующим ВМФ адмиралом Н.Г. Кузнецовым.

По мнению главы государства, глобальное ядерное противостояние исключало возможность локальных войн, так как любое вооружённое столкновение приведет к началу ядерного конфликта между СССР и США, в ходе которого использование тактического ядерного оружия и обычных средств вооружения уже не потребуется. С точки зрения Н.С. Хрущёва, обороноспособность страны определялась «не числом солдат с ружьями, а огневой мощью и средствами доставки», что обуславливало необходимость совершенствования ракетно-ядерного щита страны путём проведения постепенной замены утративших прежнее значение сухопутных войск и военной авиации баллистическими ракетами, а флота — стратегическими подводными ракетоносцами [233, с. 124-125].

Проводимые организационно-штатные преобразования с целью уменьшения численного состава армии наряду с происходившим одновременно с ними сокращением военного бюджета, в том числе и с помощью нового закона, снижавшего пенсии военнослужащим и их семьям, не составили основу военной реформы, а по существу являлись условиями её проведения. Суть военных преобразований сводилась к мероприятиям по изменению соотношения видов войск

Новый подход к сокращению гонки вооружений был предложен СССР 18 сентября 1959 г. на заседании 14-й сессии Генеральной Ассамблеи ООН. От имени советского правительства Н.С. Хрущёв сделал заявление о всеобщем и полном разоружении в 4 этапа, представив программу, рассчитанную на 4 года. Предполагалось распустить сухопутные армии, военно-морские флота и военно-воздушные силы; упразднить генеральные штабы, военные министерства, военные базы; закрыть военные учебные заведения и уничтожить или переработать уже созданное оружие. Военные ракеты всех радиусов действий предлагалось ликвидировать, оставив ракетную технику лишь как средство транспорта и освоения космического пространства. Должны были сохраниться только минимальные контингенты внутренней охраны (милиции, полиции), вооружённые легким стрелковым оружием и предназначенные для поддержания внутреннего порядка и защиты личной безопасности граждан [228, с. 172-174; 189-190; 197-201].

Как и прежде, предложения СССР были отвергнуты. В последующем Верховный Совет СССР в январе 1960 г. принял Закон о сокращении Вооружённых Сил до 1962 г. на 1,2 млн человек. Однако в связи с берлинским кризисом 1961 г. сокращение армии было приостановлено, и план увольнения был выполнен частично.

Поскольку одной из главных целей сокращения Вооружённых сип было высвобождение рабочей силы для использования её в народном хозяйстве, то львиная доля демобилизованных военнослужащих направлялась на промышленные предприятия, в колхозы и совхозы.

Бывший соратник Н.С. Хрущёва Д.T. Шепилов вспоминал о том. что Первый секретарь ЦК, оценивая значимость уволенных из армии военнослужащих для развития народного хозяйства, говорил: «Если бы майор был свинарем, то тогда бы ему цены не было… Раздули армию, для чего это нужно?» [229, с. 6].

В феврале 1963 г. на выездном заседании Совета обороны в Филях Первый секретарь ЦК подробно изложил свой взгляд на будущие Вооружённые силы, к которым можно будет перейти при наличии необходимого количества ракет. Вооружённые силы, по его мнению, должны были состоять из двух частей: небольшой квалифицированной армии общей численностью 300-500 тысяч человек состоящей из ядра — ракетных войск стратегического назначения, обслуживающих 200-300 ракет, и небольшой мобильной группировки, защищающей пусковые установки; а также остальной армии, строящейся на региональной милиционной основе [230, т. 2, с. 427, 428].

Единоличное принятие решений Первым секретарем ЦК вызывало недовольство партийной элиты. Во время заседаний Президиума ЦК в октябре 1964 г. с критикой главы партии и государства по этому вопросу выступили Ф.Р. Козлов, А.Н. Косыгин и Н.В. Подгорный [231, с. 127, 133-134].

Еще меньше Н.С. Хрущёва интересовало мнение военных по вопросам обороны. «Армию он, по существу, третирует, с нашими прославленными военачальниками не считается, — отмечалось в проекте доклада Д.С. Полянского, подготовленном к октябрьскому Пленуму ЦК КПСС 1964 г. – Он возомнил себя военным теоретиком и выдвинул ряд идей, которые военными не поддерживаются» [232, с. 118).

Хрущёвский вариант реформы в силу его эклектичности и в известной степени утопизма провалился вместе с отставкой Первого секретаря ЦК и обвинением его в субъективизме и волюнтаризме. Новое партийное руководство, пришедшее к власти в октябре 1964 г., похоронив идею о создании территориально-милиционной армии, вернулось к развитию всех родов войск и продолжало накапливать ядерное и обычное вооружение.

Противостояние двух сверхдержав приобрело по сути глобальный масштаб, чреватый катастрофой, И только благодаря поступательному развитию советской экономики с конца 1940-х до начала 1970-х гг., а также успехам Советского Союза в разработке новейших систем вооружений были достигнуты условия сравнительного равенства уровня военных потенциалов обеих стран.

Не менее важную роль сыграли и неудачи США в зарубежных военных конфликтах, особенно против Кубы и во Вьетнаме, а также поддержка ими некоторых одиозных политических режимов, на фоне которых повышались международные акции Москвы вопреки её собственным действиям в ГДР, Венгрии и Чехословакии. Складывался уникальный паритет — чем больше ядерного оружия складировалось в арсеналах США и СССР, тем меньше становилась ниша для его использования друг против друга.

Расчеты США на быструю победу в «холодной войне» не оправдались. Противостояние превратилось в затяжной процесс, характеризовавшийся периодическим усилением или ослаблением напряженности.

Последний виток «холодной войны» и ядерного обострения произошел в период президентства Р. Рейгана, вступившего в должность в январе 1981 г. новый, 40-й по счету президент США отказался от наметившейся к этому времени политики «разрядки» и провозгласил собственную стратегию — «прямого противоборства». Об этом заявил в июне 1981 г. министр обороны К. Уайнбергер, подчеркнув, что новая стратегия направлена на достижение «полного и неоспоримого военного превосходства США», на «восстановление лидирующей роли Америки в мире», на активное противодействие СССР во всех районах мира» [152, с. 27].

Усилив ассигнования на военные расходы, Р. Рейган в своем выступлении перед Национальной ассоциацией евангелистов США во Флориде 8 марта 1983 г. окрестил Советский Союз «Империей зла» (а также «центром Зла в современном мире») и объявил своей главной задачей борьбу с ним. Чуть позже, 23 марта 1983 г. Р. Рейган в телевизионном обращении к нации объявил в нарушение договоров о противоракетной обороне о старте программы по достижению военного превосходства в космическом пространстве, известной как Стратегическая оборонная инициатива (СОИ), или «звездные войны». Её конечная цель — завоевание господства в космосе, создание противоракетного «щита» США для надёжного прикрытия всей территории Северной Америки посредством развертывания нескольких эшелонов ударных космических вооружений, способных перехватывать и уничтожать баллистические ракеты и их боевые блоки на всех участках полета [153, с. 120].