Изображение к книге i 59ae6d9d3b53a242


Глава 1

– Я беременна! От этого проклятого инопланетника! – не каждый день слышишь такое от лучшей и единственной подруги. Я распахнула дверь, приглашая Мелинду в квартиру.

Она шмыгнула, вытерла нос розовым кружевным платочком и вошла, небрежно скинув лодочки.

Впервые за наше знакомство подруга – девушка-праздник – выглядела маленькой, забитой и несчастной.

Мелинда бросила взгляд в овальное зеркало с резной рамой и шмыгнула еще раз, нервно теребя длинные белокурые волосы.

Черная подводка вокруг ее широко распахнутых голубых глаз растеклась и размазалась по лицу. Я приобняла подругу, как могла аккуратней и повела на кухню, как потерянного ребенка.

Такой она мне сейчас и казалась – девочкой-припевочкой, которую жестокая жизнь внезапно столкнула с суровой реальностью. Странно, нелепо, но факт.

Мелинда едва передвигала на удивление маленькими для женщины среднего роста ногами и, кажется, даже вздрагивала.

Сердце защемило. Я помогла подруге присесть к столу и придвинула ей угощение.

Любимые мелиндины безешки – сама пекла – и крепкий черный чай с бергамотом.

Подруга осторожно откинулась на кожаный уголок, цвета красного дерева, и сжала руками большую белую чашку с ароматным напитком.

Я присела в кресло, напротив, чувствуя себя беспомощной и от этого очень злой. Даже кулаки невольно сжались.

– А ты уверена? – спросила вкрадчиво, стараясь не обидеть.

Слухи о том, что мельранцы – прародители человечества бродили по Галактическому союзу с момента его создания. Многие предполагали, что мы биологически совместимы, и при удачном стечении обстоятельств человеческие женщины вполне смогут забеременеть и даже родить от мельранца ребенка. Но… до сих пор ни одного документально подтвержденного случая не было. А если и были, то их тщательно скрывали от простых смертных. И даже от непростых, вроде нас с Мелиндой.

Нас угораздило родиться индиго.

Странная раса до сих пор изучалась медиками Союза, и знали о ней даже меньше, чем о некоторых инопланетниках.

Отчасти виной тому были и мы сами. Давным-давно индиго договорились тщательно скрывать способности от других рас. Не хотелось бы попасть в какую-нибудь сверхсекретную лабораторию в качестве подопытной крысы или на не менее сверхсекретную правительственную службу. Благо, большинство сверхспособностей индиго получали в уже очень зрелом возрасте –лет в сорок, а то и в шестьдесят.

Но и современная медицина, с ее супераппаратурой оказалась бессильна толком исследовать нашу расу.

О нас знали, что мы очень долго живем. Сколько именно, никто не ведал, даже мы сами. Знали, что мы «хладнокровные», в прямом смысле слова, с температурой тела на шесть-восемь десятых градуса ниже нормальной, человеческой.

И еще знали, что мы общаемся друг с другом телепатически. Вот и все.

Мелинда отпила немного чая, проглотила слезы и протянула:

– И ладно бы, он нормально отнесся! Гаденыш предложил деньги на аборт или на воспитание. И потребовал, чтобы я написала официальный отказ от претензий!

Я все еще пребывала в каком-то шоке. Новости лились на голову как ледяная вода из ушата. И каждая следующая была хуже предыдущей. Так уж вышло, что за долгие годы жизни я потеряла всех родных и близких. И Мелинда оставалась единственным дорогим мне человеком. Я переживала за нее как за родную сестру или даже больше.

В груди щемило все сильнее, воздуха не хватало.

Мелинда еще раз всхлипнула, высморкалась и отпила чаю:

– И еще, – она проглотила то ли чай, то ли слезы. – Врач сказал, что аборт делать нельзя… Не то чтобы я хотела… – Мелинда замялась, залилась краской и тяжело вздохнула. Я понимала, как нелегко решиться одной воспитывать ребенка, и не осуждала подругу за ее вопрос гинекологу. – Но от мельранцев нельзя в принципе. Ребенок выбросит в кровь какой-то смертельный яд. Защитный механизм…

Кажется, у меня остановилось сердце, окаменело на мгновение. Мелинда беременна. Выхода нет. Значит надо промыть мозги Галлиасу!

Схлынула глупая беспомощность, тело наполнилось силой, каждая мышца зазвенела. Адреналин, куда же без него.

Я вложила в руку Мелинды безе. Несколько секунд она безразлично разглядывала пирожное, словно впервые его видит. А потом без особого аппетита откусила кусочек.

– Ммм. Вкусно, – оживилась подруга.

– Тебе пекла, – вздохнула я, вспоминая, как суетилась на кухне, стараясь в движениях, в работе сбросить нервное напряжение, панику.

Мелинда пошла к гинекологу из-за странных болей внизу живота, и мы обе всерьез опасались какой-нибудь ужасной инопланетной инфекции. Любовник подруги категорически отказывался предохраняться. Я убеждала Мелинду не позволять ему так распоряжаться собой, позаботиться о себе. Но подруга все пропускала мимо ушей. Даже противозачаточные пить не стала. Галлиас заявил, что они вредят организму мельранцев. Какие-то там компоненты действуют как слабый яд.

А беременность? Ее вероятность ничтожно мала…

Вот только даже незаряженное ружье когда-нибудь да выстрелит. И на вопрос: «Почему я? Почему это случилось со мной?» еще никто не получил ответа.

Красавец-инопланетник совершенно вскружил Мелинде голову. Вот уж не ожидала, что подруга, прожившая двести с лишним лет, старше меня почти на полтинник, так увлечется «звездным принцем».

Даже сверхэмоции индиго, тысячекратно усиленные нашей мощной аурой, притча во языцах, не оправдывали для меня страсть Мелинды.

Конечно, мы подвержены порывам, от которых темнеет в глазах, и эмоции зашкаливают, льют через край. Взять их под контроль, обуздать невозможно, даже успокоительные не помогают. Это плата за нечеловеческие способности, за то, что мы не люди. Но не месяцы же длятся эти порывы! Обычно они скоротечны и проходят бесследно.

Галлиаса я видела лишь однажды. Мы с Мелиндой заходили в ночной клуб, которым владел подругин красавчик со своим старшим братом.

Мельранец как мельранец. Крепкий и гибкий – живая мечта землянки о брутальном мачо. Льдистые голубые глаза, как у героя любовного романа и чувственные губы, как у настоящего соблазнителя. И дальше тоже все как обычно – классические, тонкие, но мужественные черты лица и довольно высокий для мужчины тембр голоса.

Таких звездных прЫнцев я уже повидала и немало. Что привлекло в нем Мелинду? Понятия не имею! Но в последние месяцы ни одни наши дружеские посиделки или шоппинг не обходились без обсуждения: а какой он, а как они провели вместе время и насколько это было чудесно.

И вот смотрела я на подругу и думала, что еще не вечер. И я не намерена спускать звездному мачо такую вопиющую наглость. От одной мысли о том, что он вот так вот запросто отказался от собственного ребенка, в горле клокотало. Хотелось расписаться на холеном лице Галлиаса пощечиной, а потом высказать ему все, что накипело.

Мелинда немного успокоилась и дожевывала уже третью безешку, когда я решила продолжить беседу.

– А ты точно уверена, что отец именно он? То есть ты же только забеременела…

Мелинда подняла на меня свои голубые глаза и всхлипнула:

– Врач сказала – нет сомнений, что отец мельранец. Экспресс-тест показал, что у ребенка есть мельранское ДНК. Ну этот, который делается дистанционно, просветкой… Да и чего уж тут быть уверенной? Кроме Галлиаса у меня никого не было…

Мелинда посмотрела так, что мне самой захотелось разреветься. Я осторожно погладила ее по руке, плечу и твердо произнесла:

– Что ж! Тогда ты сводишь меня к нему для серьезного разговора!

Мелинда вздрогнула, спрятала глаза. Звонко встретилась чашка с прозрачным пластиковым столом, безешка брызнула из пальцев подруги розоватыми крошками.

– Я-а-а-а… Может не надо? – испугано прошептала Мелинда. – Зачем? Он хоть помогать не отказывается…

– Мелинда! – окликнула я подругу – настойчиво, но ласково. Мелинда снова подняла на меня свои удивительные глаза. – Я просто с ним поговорю. Не бойся. Что может сделать знатному мельранцу обычная девушка? – и я нарочито глупо захлопала глазами. Подруга шмыгнула и засмеялась.

Одевалась я в ночной клуб как на панель.

В более приличных нарядах туда не пускали. Однажды прямо перед нами с Мелиндой завернули двух девушек в узких джинсах и водолазках. Посчитали слишком скромно одетыми.

Не пускали в заведение Галлиаса и «серых мышек», как бы вызывающе они ни вырядились. Охрана чуть ни не за шкирку выбрасывала не симпатичных женщин, а могла и вовсе – пихнуть, пнуть, оскорбить.

С такими заносчивые инопланетники общались не просто свысока – как с ничтожнейшими созданиями.