Слышу ее резкий вдох.

Согласен, может, это было слишком прямолинейно.

На последней фразе она напрягается, что меня не удивляет. Большинство цыпочек больше боится быть изнасилованными, чем убитыми. Однако что-то в ее позе и выражении кажется не так. Когда я смотрю на нее, то понимаю, что, хотя я и шокировал ее немного, но она думает об этом в несколько ином ключе. Это не животный страх, что было бы очевидной реакцией.

Я минуту обдумываю и начинаю всматриваться в нее чуть более внимательно. Мои слова, кажется, заставили ее…реагировать. Ее грудь поднимается и опадает немного быстрее, глаза расширяются, и легкая краска приливает к ее щекам, чего раньше не было. Я не уверен, что «нервничает» правильное слово – «взволнована» кажется более подходящим. Может даже что-то еще. Как будто она представляет, как это будет, и что это не будет совсем уж плохо.

Я видел, как насилуют девушек, как правило, прямо перед их отцами, мужьями или тому подобное, в качестве наказания за то, что те облажались. Это дерьмо просто является приложением к моей работе. Я не принимаю в этом участие – я только убийца, а не палач. Это форма искусства, которую я не хочу изучать. Мои навыки связаны с оружием, и самое близкое, когда я видел свои жертвы, – это через прицел. При изнасиловании девушка получает повреждения, и я знаю, что ни одна женщина не хочет этого. Все-таки, это совсем не то же самое, что думать об этом, и я знаю разницу между фантазией и реальностью.

Я обрабатываю информацию в своей голове.

Какой-то близкий ей парень, может быть, даже ее муж, бросил ее на обочине дороги... и теперь она не возражает против того, чтобы получить немного грубого секса.

Интересно.

Это искушение, но чем дольше я думаю об этом, тем больше решаю, что не буду так действовать. Не уверен, что мой член с этим согласен, потому что он угрожает встать и быть замеченным. На такой узкой кровати и в непосредственной близости друг от друга, я действительно сомневаюсь, что это будет упущено из виду, поэтому на минуту закрываю глаза, глубоко дышу и думаю о нескольких выстрелах в голову, пока снова контроль не возвращается ко мне.

До тех пор, пока не открываю глаза и не вижу, что она все еще пялится на мою грудь. С каждой минутой ее взгляд опускается ниже к моему животу и, даже еще чуть ниже. Кончик ее языка выскальзывает и увлажняет губки прямо перед тем, как она делает глубокий вдох.

Чувствую легкую вибрацию на матрасе, когда она немного вздрагивает. На мгновение, я думаю, что это страх, но ее глаза высказывают нечто иное. Она хочет меня. Она думает о том, чтобы пробежаться рукой по моей груди, и эта мысль делает меня твердым. Мой рот реагирует на мысли, даже не проконсультировавшись сначала об этом с моим мозгом.

– Прикоснись ко мне, – говорю я.

Ее глаза расширяются, а язык снова порхает по губам.

– Что?

Ненавижу это. Люди поступают так все время. Понимаю, что это «человеческая природа» или подобное дерьмо, но я ненавижу, когда используют оправдание типа: «ой, я не слышал тебя», чтобы дать себе время подумать, прежде чем ответить. Это именно то, что она делает, и я не собираюсь давать ей шанс на раздумывания.

– Прикоснитесь ко мне, – повторяю я, делая кивок в сторону ее руки. – Если хочешь – вперед.

Она колеблется, ее грудь поднимается и опускается в унисон с ее глубоким дыханием. Взгляд поднимается к моим глазам, затем опускается на грудь, а потом снова возвращается к лицу. По ее глазам я почти вижу, как работают ее мысли – взвешивая варианты и пытаясь решить, стоит ей поддаться порыву или нет. Она хочет, но боится последствий.

– Рискни, – говорю я тихо.

Я понимаю, что она приняла решение, когда ее глаза находят мои. Она еще раз облизывает губы прежде, чем медленно протягивает руку. Моя кожа невольно подергивается, когда я чувствую ее легкие, как перышки, прикосновения на мышцах пресса. Я немного удивлен, потому что думал, что сначала она коснется моей груди, а ощущение ее пальчиков на животе неожиданно для меня. И это, черт побери, слишком близко к моему члену, который сейчас, очевидный факт, всего на несколько сантиметров ниже ее пальчиков.

Надеясь, что она согласится, что это будет справедливо, моя рука медленно движется от моей собственной ноги к ее талии. Я кладу руку прямо на подол ее рубашки – чуть выше изгиба ее бедра – и просто оставляю там на минутку. Она резко вскидывает на меня глаза, и я могу видеть, как дергается ее горло, когда она нервно сглатывает.

Лиа опускает взгляд вниз, где ее рука прикасается к моей коже, и язычок пробегается по нижней губе. Еле касаясь, ее рука поднимается к моей груди и медленно прослеживает очертания мышц. Она добирается до плеча, потом снова спускается к животу. Моя рука слегка сжимает ее талию. Это всего лишь рефлексивное движение, но, так или иначе, ее взгляд устремляется на меня.

Однако, она не встречается с моими глазами, а сосредотачивается немного ниже. Ее губы слегка сжимаются, и я вижу, что дыхание девушки учащается по тому, как поднимается и опускается ее грудь. Хочу положить свою руку на грудь, чтобы почувствовать ритм ее сердца, но сдерживаюсь.

Пока.

– Поцелуй меня, – мой голос хрипит, как будто горло сухое и полно песка. Я наблюдаю, как на мгновение ее глаза становятся шире и быстро мечутся между моими глазами и ртом. Так сильно хочется наклониться вперед и просто захватить ее рот своим, но я запрещаю себе это. Позволить ей взять на себя ведущую роль – по крайней мере, на данный момент – важно.

Скоро…скоро я стану у руля. Как только она решит, что на самом деле хочет этого, я, блядь, заберу все под свой контроль, потому что это то, что ей действительно нужно.

– Продолжай, – говорю я, смотря на нее. – Ты ведь хочешь.

– Я?

– Да.

– И с чего ты это взял? – ее тон несколько вызывающий, но все же недостаточно. Возможно, ей не хочется этого желать, но она желает.

– Я очень хорошо разбираюсь в людях, – информирую ее.

– Ты? Ха! – Она склоняет голову набок и смотрит на меня. Сейчас ее глаза еще больше расширяются, и я понимаю, что она просто пытается придумать, как ей выбраться из этого.

– Не тяни, – мои пальцы чуть стискивают ее бок, чтобы подтянуть чуть ближе к себе. Простое прикосновение для ободрения, и кажется, только это ей и нужно.

Мои глаза не отрываются от нее, пока она придвигается немного ближе. В последнюю секунду перед тем, как ее губы нерешительно касаются моих, она замирает. Правда, меня это уже не волнует. По правде говоря, это меня не остановит. Она открыла дверь, и с тем же успехом это могут быть хоть те гигантские деревянные двойные двери, украшающие фасад какого-нибудь огромного баварского замка, поскольку я все равно зайду.

Я обхватываю рукой ее затылок и тяну к себе, открываю рот и нахожу ее язык своим. Она стонет в мои губы, и я наклоняю голову, чтобы было удобнее. На вкус она сладкая, словно персик, которые были у нас на обед, и мне хочется ее поглотить.

В том, что я делаю, нет ничего нежного или осторожного. Я хочу ее, и чувствую желание внутри нее. Ей не нужны просто обнимашки и поцелуйчики. Что бы там ни произошло с тем, с кем она была, это подтолкнуло ее к настоящему. Она хочет быть оттраханной, и я буду только счастлив ей угодить. Руки стискивают ее, а пальцы слегка зарываются в ее плоть.

Мой язык танцует с ее языком.

Может быть, это больше похоже на мошпит, чем на танцы, но мне пофиг.

Я скольжу рукой вниз по ее спине и притягиваю ее тело к себе. Мой член выглядывает из-под моих оттопырившихся боксеров, и я трусь им о ее живот. Мне нужно как можно быстрее снять с нее рубашку. И джинсы. И все остальное.

Мне нужно оказаться внутри нее. Во рту, в киске, в заднице – мне пофиг. Необходимо просто с ней слиться…смешаться…стать одним целым…

Она отводит голову, чтобы прервать поцелуй и сделать вдох. Не желая останавливаться, я спускаю свои губы ниже по подбородку. Ее голова отклоняется назад, когда я двигаюсь вниз по шее, позволяя языку слегка ударять по ее горячей коже. Я добираюсь до яремной ямки на горле, а потом натыкаюсь на ткань ее рубашки, и это меня бесит. Хочу ощутить ее соски у себя во рту, я устал ходить вокруг да около. Поэтому хватаю ее пальцы и толкаю ее руку вниз, пока не кладу ее на мой жесткий член.

– Хочешь его? – шепчу ей в ухо, мое горячее дыхание заставляет ее дрожать. Я прижимаю ее кисть и одновременно толкаюсь бедрами, практически раздавливаю ее руку о мой член. – Только скажи, и получишь то, что тебе так нужно.

Ее глаза широко раскрыты, и я знаю, что она этого хочет, но я по-прежнему жду. Не только я должен понимать это, но и она. Ее широко открытые глаза, наконец, смотрят в мои, и я чувствую, как ее пальцы дергаются у моего члена. Она еле заметно кивает, но этого недостаточно.