Следующей остановкой свадебного поезда должен стать ресторан итальянской кухни «Д’Анжело», расположенный в самом конце северной части Нью Брани. Дендра настояла на том, чтобы они арендовали все заведение целиком, по крайней мере, судя по слухам, и все удивлялись, как они с Музом собирались оплачивать этот кутеж. Дендра происходила из небогатой семьи, а Муз вырос в приюте, поэтому у них не было родителей, которые бы оплачивали все чеки.

С другой стороны, парень всегда подрабатывал, как и большая часть пожарников. Наверняка он пахал кровельщиком каждую свободную минуту, и будет продолжать вкалывать — чтобы выплатить долги. Дендра, вроде как, получала немного. Недавно она окончила косметологическую школу, но все еще занимала позицию администратора в парикмахерской, а не стилиста…

— Не подбросишь меня?

Энн оглянулась через плечо, открывая дверь. Все рассредоточились, а Дэнни шел за ней, и она не могла прочитать выражение его глаз…

Его тело, с другой стороны, испускало столько тепла, что она едва не расстегнула собственное пальто.

Чем ты занимался, когда остался один в своей постели? — подумала она. — Чем занимались твои руки

— Прекрати…

— Что?

— А, ничего. Извини.

— Подвезешь меня? Я приехал с Джеком и Миком, но их только что вызвали в штаб.

— Им не нужна подмога в виде пожарников? — пробормотала она, заметив Муза и Дендру, ссорившихся возле его грузовика.

— Могу выяснить. — Дэнни оглянулся на парочку. — Знаешь, шансы пятьдесят на пятьдесят, что они обменяются завтра кольцами.

— После того, как она закрылась в уборной? Сорок на шестьдесят. — Энн кивнула на свою машину. — Да, можешь поехать со мной.

В обычное время фраза ничего бы не значила, но Энн хотела остаться с ним наедине… поэтому слова приобрели манипулятивный подтекст. С другой стороны, он мог попросить Эмилио или Даффа, или любого из приятелей по студбратству… поэтому, может, он хотел того же?

Когда они сели в «Субару», Энн пыталась не вдыхать его пряный парфюм. Пыталась проигнорировать слаксы, обтянувшие его массивные ноги. И уж точно пыталась не представлять его без пальто, рубашки… брюк.

Ладно, она провалилась по всем пунктам. Особенно — с последним.

В пожарной части, особенно в жаркий летний сезон, он бывало ходил топлесс во время тренировок в участке, и татуировки на его торсе прочно въелись в ее память.

Да, но сколько женщин видело их? Целовало? Стали «на разок», о чем шутили парни? Даже если она сможет переступить через рабочую этику, Энн не позволит себе войти в этот длинный список.

— Жду с нетерпением конца выходных, — пробормотала она, заводя двигатель.


***


Дэнни не спал всю ночь. Всю гребаную, долбанную ночь. И не потому, что Дендра звонила ему каждый час, а потом в пять утра завалился пьяный Муз и начал блевать в ванной. Он проигнорировал будущих жениха с невестой.

Нет, проблема в том, что его не отпускали мысли об Энн.

Если не получит ее — не прикоснется к ней, не поцелует, не накроет своим телом, то вконец свихнется.

Случай был настолько запущенным, что он дрочил три раза в течение мучительной ночи… и сейчас, сидя с Энн в одной машине, у него снова вставал. Фантазии о них вместе были настолько яркими, словно она уже была под ним, обнаженная, напряженная и…

— Ты выходишь? — спросила она. — Или просидишь здесь всю ночь?

Встряхнувшись, он обнаружил, что они стояли у парковки «Д’Анжело», между «Мустангом» Даффа и «Додж Рэмом» Тая. Он прозевал путь через весь город.

— Извини, просто вымотался. — Он потер лицо. — Муз вернулся с пьянки в непотребном состоянии, и Дендра названивала всю ночь, искала его.

Ну, последнее не совсем так. В тот единственный раз, когда он взял трубку, она напрашивалась к нему… и не в поисках жениха.

Она хотела потрахаться с ним. «Как тогда», сказала она ему. Когда они были вместе.

«Этого» никогда больше не произойдет. Даже если бы она его привлекала, а это не так, и она не хотела использовать его в качестве мести за стриптиз-клуб, а это так, он бы ни за что не поступил так со своим другом. Муз был его лучшим другом, и никто, ни мужчина, ни женщина, не встанет между ними.

Боже, отказался бы он от этого…

— Боже, отказался бы он от этого, — пробормотала Энн.

Дэнни улыбнулся. Они всегда на одной волне, не только в работе. И он был готов поспорить, что Энн нашла бы занятие полезней, чем высиживание за круглым столом и поедание безвкусных блюд, пока он сам будет толкать речь о паре, которая сочетается браком неожиданно для всех.

— Что? — спросила Энн. — Почему ты улыбаешься?

Повернувшись, он посмотрел на нее. На ней были темные брюки и симпатичная блузка, и он никогда не видел на ней это шерстяное пальто — напоминание о том, что помимо работы у нее была личная жизнь. Друзья. Любимые места. Фильмы и отпуск.

Он хотел быть частью ее жизни.

Как обычно, на ней почти не было косметики, а волосы были собраны в хвост. Время от времени на работе она позволяла копне разметаться по плечам, и он обожал это.

В такие моменты он представлял, как ее пряди разметались по подушке, спутанные его пальцами.

Она опустила взгляд и открыла дверь со своей стороны.

— Пошли, тебе нужно произнести речь, а мне — возить еду по тарелке. Дел невпроворот.

Уже в ресторане их провели к столам, выстроенным в центре открытого помещения. Место было закрыто для сторонних лиц, они с Энн приехали первыми, и он сразу же понял, в чем состоит его первостепенная задача.

— Давай сюда. — Слава Богу, Дендра не расставила именные карточки. — Здесь ближе всего к выходу.

— Хороший выбор.

Народ прибывал, и приятели по студбратству совсем расшумелись, так, что начало звенеть в ушах, а терпения становилось все меньше. Другие пожарники и парни из штурмовой группы, казалось, были солидарны с ним, они говорили все тише и тише.

А потом вошли Дендра с Музом.

Невеста посмотрела четко на Дэнни, а потом прищурилась, окинув взглядом Энн.

Только посмей, — подумал он.

Повернувшись к Энн, он начал:

— Итак…

— Так что? — Она сделала глоток вина из бокала.

Их взгляды встретились, и окружающий мир растворился. Исчезли официанты, наполнявшие бокалы. Весь ресторан словно заволокло туманом, дымкой.

Он видел только ее глаза.

Когда Энн встряхнулась, Дэнни сказал себе, что это ничего не значит. Но он-то знал. Она намеренно отстранялась от того, что началось прошлой ночью в ее гостиной… но вряд ли получится так легко игнорировать искрящее между ними электричество.

Джин вырвался из бутылки.

Но потом он подумал о своей репутации. Энн не из тех женщин, кто позволит себя использовать… хотя у него и не было таких намерений на ее счет.

Более чем.

Постепенно подавали еду, на столах появлялись тарелки с пастой и мясными блюдами. Время от времени Дэнни поглядывал на жениха с невестой. Сначала они спорили, сейчас Дендра объявила парню молчаливый бойкот.

Но прямо перед десертом Муз настойчиво заговорил с женщиной.

В следующее мгновение она погладила его по лицу и поцеловала так, словно языком проверяла целостность всех коренных зубов. А после? Невеста, сияя как рождественская елка, взяла жениха за руку. По первому впечатлению — все у них наладилось… на ближайшие десять минут.

— Дэнни-бой? — Муз позвал его с другого конца стола. — Ты готов с речью?

— Да. Конечно.

Дэнни поднялся и постучал десертной ложкой по бокалу для воды. Разговоры продолжились, и тогда он рявкнул:

— Заткнулись все.

Мертвая. Тишина.

Когда все взгляды устремились в его сторону, Дэнни прокашлялся. Но потом его мозг совсем опустел… вполне логично, учитывая, что Энн попадала в его периферийное зрение, и он на самом деле видел только ее.

Вспоминая, каким взглядом она смотрела на него прошлой ночью, он начал свою речь, и слова шли не из головы, а из места за грудиной.

— Многим из вас известно, что я потерял своего брата-близнеца при пожаре три года назад. — Все присутствующие пожарники заерзали на своих местах, а Энн прислушалась. — Я не люблю говорить об этом. Но он со мной, всегда и везде… точнее его больше нет со мной, так будет правильней. Те из нас, кто занят этой опасной работой, знают, что каждый выезд может быть сопряжен с возможной потерей. Мы знаем, что можем войти в здание и уже не выйти из него. Это дает осознание краткосрочности жизни и понимание, что хорошие мгновения и люди… и хорошая женщина… редкость, и это стоит ценить. Я никогда не верил в любовь. Долгое время я считал, что это — всего лишь слово, название, придуманное для фантазии, неправильная трактовка судьбы, ложь, созданная для того, чтобы чувствовать себя уверенней в этом неидеальном, ненадежном, долбанутом мире.