Марина беспомощно повела плечом.

— Если бы я знала… Ален, что с Людой и Петей? И Костик — как он?

— Мы тебя искали, Маринка! Детективов наняли. И Костик, и я. Малыши нормально — ревут, тоскуют, но здоровы и накормлены. Я каждый день приезжаю — Костя зашился весь. Его мама и твои родители тоже ездят. Ребятишек не бросили, Марин. Слава Богу, ты нашлась! Теперь вернешься к ним, и все будет хорошо!

Марина слушала меня жадно. А глаза были — как у загнанного зверя. Что с ней делают тут? И где — тут?

— Почему ты в таком виде?! — спросила я. — Кто тебя приковал?

На Марине была полупрозрачная шелковая сорочка, открывавшая взору почти все тело… Во мне закипело возмущение. Кто посмел приковать мою подругу, да еще вырядить в такое? Что это за извращенная выставка?!

Я протянула руку к золотой цепи. Импульсивно, не раздумывая, со злостью рванула ее на себя. Я не оставлю Марину в этом унизительном виде!

Раздался пронзительный звон. Не цепь издала его — он врезался мне в уши со всех сторон. Инстинктивно зажала уши. Прикованная Марина испуганно зажмурилась. Звенело на стенах, на потолке — везде.

А потом меня оглушил дикий звериный рев. Едва не разорвав перепонки, он стремительно приближался. Словно тот, кто рычал, несся прямиком к нам с невероятной скоростью.

Я заметалась вокруг Марины. Дергала цепь в напрасных попытках порвать ее и освободить подругу. Цепь, хоть казалась тонкой и мягкой, прочно удерживала Марину. Бросить ее и удрать я не могла — да и удирать было некуда.

Ужасный рык прогремел совсем близко. Пол под ногами трясся, как будто невидимый великан трепал громадный зал в кулаке, как игрушечный домик. Дрожащей рукой я вцепилась в локоть Марины. Неужели мы сейчас умрем?!

С грохотом хлопнули огромные створки ворот. То, что издавало жуткий рев, ворвалось в зал. Мы с Мариной увидели это… и завизжали так отчаянно, что стекло витражей и хрусталь колонн надрывно задребезжали.

Время замерло. Как в замедленной съемке, я видела каждый смертоносный шаг монстра. Различала каждую деталь жуткого четырехметрового тела, неумолимо надвигавшегося на нас.

Матово-черное, как обсидиан, оно будто всасывало в себя солнечный свет, лившийся из витражей. Туловище ничем, кроме размера, не отличалось от человеческого. Рельефные мышцы играли и перекатывались под упругой эластичной кожей, когда существо двигалось.

Могучие плечи, бугристые бицепсы рук… Ладони чудовища такие огромные, что могут с легкостью обхватить меня за талию. На кончиках пальцев растут смертоносные когти. Если зверь размахнется гигантской лапой — просто срежет головы мне и Марине.

Необъятная шея. Удлиненная голова лишь отдаленно напоминает человеческую. Узкие разрезы глаз с ярко-желтой радужкой и вертикальными зрачками.

Громадные острые зубы с парой устрашающих клыков. Из огромных ноздрей вырывается пар, как будто монстр вот-вот дыхнет огнем. На лбу красуется пара длинных витых рогов.

Панический ужас приморозил меня к полу. Я не могла стронуться с места, даже пальцем пошевелить. Да что там — даже визжать перестала. Язык пристыл к небу, горло намертво пересохло. Марина тоже умолкла. Как и я, не сводила глаз с чудища, раскрыв рот в беспомощном оцепенении.

Против воли мой очумевший взгляд скользнул по ногам адского создания. Длинные и мускулистые, они заканчивались массивными копытами. По ляжкам, точно кнут, хлестал полутораметровый хвост с толстой распушенной кисточкой. А между ними…

Я не была невинной скромницей. Мне доводилось видеть мужской член, и не раз. В самом разном состоянии.

Вот только ключевое слово тут — мужской! А перед нами предстал то ли сам дьявол из ада, то ли порождение немыслимых мутаций… то ли пришелец с других планет. И пришел он точно не с миром.

Его орган походил на боевую торпеду. В полной боеготовности нацеленную на противников… На меня и Марину.

Неужели эта тварь хочет нас изнасиловать?! Но даже если он попытается разорвать нас дьявольским орудием, то просто не сможет его всунуть, ну вообще никак! Скорее просто растерзает когтями и клыками.

Считается, что в предсмертные мгновения перед человеком проносится вся его жизнь. Ничего передо мной не пронеслось… кроме гигантского члена с грозным стояком. Который покачивался прямо на уровне моих глаз.

Я оцепенело стояла на месте. Лишь водила зрачками туда-сюда, будто кролик, завороженный удавом. Громадным матово-черным удавом. В голове царила лишь одна мысль.

Смерть. Сейчас я умру. Не знаю, какой именно частью тела убьет меня кошмарный дьявол. Но произойдет это мучительно и безобразно.

Того, что случилось дальше, не могло подсказать даже самое воспаленное воображение.

Монстр стоял в жалком полуметре от нас, возвышаясь как идеально отшлифованная скала. Мы уже успели трижды проститься с жизнью. Как вдруг существо начало стремительно уменьшаться в размерах.

Хвост, копыта, рога — все втянулось внутрь тела. Лицо приняло обычные человеческие очертания. Даже кожа посветлела, превратившись из матово-черной в просто смуглую от загара.

Рост сократился почти вдвое. Теперь перед нами стоял обычный мужчина. Пройдешь мимо такого на улице — и не оглянешься. Ну нет, лукавлю. Еще как оглянешься.

Роскошный загорелый атлет ростом под два метра, с телом фитнес-модели и мордашкой кинозвезды. С копной курчавых смолянистых волос, лучистыми сапфирными глазами и голливудской улыбкой. Оглянешься, раскроешь рот и не отвернешься, пока он не свернет за угол.

Но ни за что не подумаешь, каким адским созданием он может обернуться в мгновение ока.

Красавчик-оборотень посмотрел сначала на меня, затем на Марину. Растянул ослепительную лыбу до ушей… и, подмигнув, выдал:

— Поговорим, девчонки?

Глава 3

Я издала звук — нечто среднее между нервическим смешком и хрюканьем. Еще и глаз задергался. Кажется, моя бедная головушка вычерпала лимит жути и абсурда на сегодня. Нет, на весь год сразу.

Мало мне было несущегося на меня монстра с гигантским членом. Так еще это «Поговорим, девчонки» добило. Как будто мы с Мариной пришли в клубешник клеить парней, и вот одна такая пчелка прилетела на наши раскрытые пестики и тычинки.

Но даже на этом театр абсурда не закончился.

Несмотря на то, что монструозный пришелец уменьшился и превратился в человека… его «достоинство» не уменьшилось ни на сантиметр. И я ничего не могла с собой поделать — так и таращилась на болтающееся до колен чудо природы. Выглядело сие зрелище убийственнее некуда.

Кудряшка-мутант поймал мой взгляд.

— Ох, простите, дамы. Совсем забыл.

Член начал уменьшаться у нас на глазах, совсем как перед этим сам пришелец. Остановился он на весьма внушительном, но все же адекватном размере.

Обнаженный брюнет посмотрел на нас с Мариной, усмехнулся снисходительно. Прямо как взрослый дядя, который вынужден уделить внимание такому пустяку при детях.

— Ну что, теперь вы готовы побеседовать?

Я сглотнула. Собрала в кучу вынесенный мозг, напрягла силу воли и заставила себя ответить:

— Вы знаете, вообще-то цивилизованные люди общаются одетыми.

Голый незнакомец заржал в голос.

— Вот именно, милая красавица. Люди. А демоны общаются так, как пожелают.

— Демоны?

Я чуть не фыркнула. Но смолчала. Если бы я с самого начала увидела обыкновенного милаху-парня, всего лишь в чем мать родила… я бы, конечно, могла решить, что передо мной тюкнутый на всю голову извращенец-эксгибиционист. Мало ему шокировать женщин внешним видом, так еще надо сочинить про демонов.

Но я видела его четырехметровым монстром. Чем еще могло быть это создание, если не самым настоящим демоном? Хвост, рога, копыта. Разве что шерсти не хватало на идеально гладкой матовой коже.

— Вы хотите сказать, вы — демон?

Сказала, как проблеяла. И заработала очередную высокомерную усмешку.

— На дракона моя боевая трансформа не очень похожа, не так ли? На эльфа — тем более. Да, я демон, милая. И это последний твой вопрос, на который я дал ответ. Дальше их задаю только я. Это тебе понятно?

Он по-прежнему широко улыбался. Но в сапфирных глазах блеснула сталь. Попробуй тут забудь, что ты не на светской вечеринке, а в непонятном месте… где всем заправляет демон с боевой трансформой. И даже не спросишь его, что это за место, потому что ему надоело отвечать.

Я молча глазела на него. Выглядела при этом, наверно, глупее некуда. Он так же молча смотрел на меня. Видимо, не в его правилах произносить банальщину вроде «Я не повторяю дважды». Он на самом деле не повторял. У него наверняка богатый арсенал методов научить растерянных дурашек следовать его правилам.