========== … ==========

Назойливое верещание датчика заставило Рэя открыть глаза. Мутные пятна обступили со всех сторон. Через мгновение бионическая линза настроила фокус, и предметы обрели четкие очертания. Ножка стола. Кровавые осколки стекла, с жужжанием сметаемые робоуборщиком.

Вдох. Выдох.

«Кто я?» Ответ пришел не сразу.

«Рэй Аванау. Рэймонд Аванау».

Он пошевелился и встал, опираясь о стену. Металастироловый контрольный браслет на запястье заливался отчаянным писком. Мужчина взглянул на экран. Зеленых и красных полос было поровну. Рэй ткнул пальцем в сенсор.

«Отменить инъекцию».

Перед глазами появилось предупреждающее окно.

«Вы уверены?»

«Да».

«Для выполнения отмены требуется первичный пароль».

Он досадливо поморщился, набрал код на повисшей в воздухе полупрозрачной клавиатуре и раздраженно махнул рукой, скрывая системные окна с глаз. Браслет наконец затих, Рэй взглянул на ладонь. Ничего… Рэй помнил, что перед тем, как упасть, смял стакан в пальцах. Теперь не понять, произошло ли это на самом деле или память уже подводит его? Чертов неонол. Он помнил времена, когда люди рождались, росли, получали шрамы и ссадины, старели и умирали в свой срок. Теперь было не так… Все было не так. Младенцам еще в утробе делали инъекцию неонола — «… настоящего прорыва в науке, способного повысить уровень жизни человека до небывалых высот. Вещества, оказывающего на кожу постоянное воздействие, мгновенно затягивая раны, не давая повреждениям рубцеваться, позволяя коже оставаться гладкой и молодой…» Эту рекламную кампанию наизусть знали жители Солнечной Системы. Рэй и сам попался на эту удочку, сделав заветный укол. Тогда ему было тридцать два, и это стоило двух месячных зарплат…

Рей вошел в ванную и, сбросив домашний комбинезон, остался обнаженным. С потолка и стен полились горячие струи, мягко массируя мышцы. Он дал мысленную команду, и пар окрасился ароматом свежей хвои. Смешанная с водой клиноликвида смывала с тела пот и пыль, оставляя нежный ускользающий аромат леса. Полотенце было слишком мягким. Но других не изготавливали уже давно. Кому, ради всего святого, могут понадобиться жесткие полотенца?!

Рэй подошел к окну, занимающему стену гостиной. Прохладное на ощупь силовое поле позволяло свежему воздуху проникать внутрь помещения, оставляя снаружи частицы крупнее полимикрона. Внизу расстилалась панорама города, простирающаяся до горизонта. Сверкающие изогнутые башни Центрального Планетарного Управления возносились над столицей, как застывшие языки пламени. Утреннее солнце подсвечивало здания ярким оранжевым светом, заставляя роящиеся над городом джеты и эйрскутеры казаться искрами костра. Рэй отдал приказ, и силовое поле пропало. Порыв ветра взъерошил волосы. Он посмотрел вниз. На туманных улицах, казавшихся натянутыми нитями серого полотна, утро еще не наступило.

Мимо пролетела птица. Альбибот. Живые не летают так высоко. Во всяком случае, не здесь, разве что ближе к горам, на севере. Рэй вытянул ногу и покачал над бездной мягкой домашней туфлей. Контур окна тут же зажегся красным. «Предупреждение. Предупреждение». Рэй усмехнулся и сбросил тапок. Мелькнул светлый силуэт. Через мгновение киберптица зависла перед лицом, держа в сильных лапах мягкий комок. «Господин Аванау, убедительная просьба впредь быть осторожнее». Он вынул из металлических когтей пойманную туфлю и, отступив в комнату, включил силовое поле. Альбиботы способны моментально засекать, ловить и переносить любые предметы, постоянно курсируя вокруг высотных зданий. Никаких цветочных горшков или шариков с водой, падающих на голову прохожим. Никаких потерь, никакого риска. Комфорт, безопасность, спокойствие.

«Прекрасная жизнь в прекрасном мире».

Рэй оделся. Галстук из бистилона, повинуясь настроению, окрасился темно-серыми полосками. Гравитационный лифт за четыре секунды спустил Рэя на первый этаж. «Всему на свете появилась замена», — думал он, шагая по улице. — Петботы вместо собак, ринорея вместо насморка, фроттаж вместо секса. Только для смерти замены пока не нашлось».

Над головой вспыхивали и гасли анимированные надписи, из призывно распахнутых дверей детского магазина на прохожих извергался непрерывный водопад ярких игрушек. Ворох кубиков подкатился ему под ноги, пройдя сквозь шевретовые* ботинки. Рэй моргнул, и картинки дополненной реальности побледнели. Совсем отключить их можно было, лишь избавившись от бионических линз. Он взглянул на часы из белого золота, с ремешком из настоящей кожи — роскошный пережиток далекой старины, под стать ботинкам. До начала рабочего дня оставалось пятнадцать минут. Рэй запрыгнул в стоящий у обочины «баббл» — пузырек из прозрачного хромопластимеда на монорельсе, и помчался в потоке прочих людей, спешащих к центру города.

— Аванау, думаешь, это так важно?

— Это не просто игра, а заказ Минобразования. Бог в деталях, Лайонел.

— Однако главная цель этого квеста — познакомиться с общим ходом той далекой войны, со стратегией и тактикой. Кроме тебя, мелких ошибок никто не увидит, не нужно гоняться за трипикселями.

Рэй откинулся на спинку кресла и поднял бровь.

— Что изменилось за семнадцать лет? Тогда ты нанял меня именно для этого. Выдать советской пехоте маузеры вместо трехлинеек — слишком грубая ошибка, даже для тебя. От нас зависит, каким будет курс истории в университетах, и я не вижу причины поставлять некачественный продукт, если исправление займет пару дней.

Лайонел вздохнул и потер глаза.

— Полгода назад тебе не понравился узор нижней юбки Марии Тюдор, и ты неделю рылся в библиоколлекторе в поисках нужного. Кто вообще мог его увидеть?!

Аванау усмехнулся.

— Когда ты в последний раз сам тестировал игры? Полное погружение, нелинейное развитие событий… Один из студентов вполне мог стать её любовником.

Директор смотрел на Рэя без улыбки.

— Я даю тебе четыре дня, и мы передаем модель разработчикам.

Сумерки накинули на город голубоватое полотно. Рэй бежал, спортивные туфли пружинили, легко бросая вперед тренированное тело. Пока он еще может бегать. Пока… Рэй свернул на боковую улицу и нырнул в лабиринт старого города. Здесь не было подсветки на тротуарах, и он поглядывал под ноги. Хоть времена до изобретения всасывающего пенопаулита, когда на улицах валялся мусор, давно прошли, еще можно было споткнуться о трещину в плитах или сбить ногой чью-то робозверушку.

Здесь было меньше дополненной реальности, меньше людей. Рэй с удовольствием вдыхал ароматы улицы: жареные каштаны, горелое масло, пролитое пиво. Если прикрыть глаза, казалось, что на дворе две тысячи тридцатый год.

Из-под арки вышли две девушки. Кожа одной переливалась разноцветными огоньками, как шкура глубоководного кальмара. Другая выгнулась, как ящерица, и призывно взмахнула полуметровым раздвоенным языком, приглашая развлечься. Рэй отрицательно качнул головой. «…Релакс-андроиды, совершенная имитация, феерическое удовольствие, электронная оплата по достижении оргазма, третий бесплатно…»

Мимо него тек поток голов. Рыжие, светлые, радужные, с густыми блестящими волосами. Сборище гребаных манекенов. Он поморщился. На глаза попалась старомодная анимированная вывеска: «Парикмахерский салон». С тотальным засильем вживленных волос из бионикриновых волокон, способных по желанию менять цвет и структуру, таких заведений становилось меньше и меньше. Рэй толкнул дверь, нашел свободное кресло и уселся. Из зеркала на него мрачно смотрел молодой мужчина, щеки покрывала щетина. Подошел парикмахер с яркой салатовой челкой.

— Чего изволите, капрал?

— Я не военный.

— Ко мне заходят ветераны Войны Сатурна да шестидесятилетние старики, подобные мне, — улыбнулся парень. — Что я могу предложить?

Рэй дотронулся до сенсорного зеркала, на отражении вихрем сменялись всевозможные прически.

— Классический полубокс.

— А цвет?

Ответ сорвался с губ еще прежде, чем он успел задуматься.

— Седой.

— Простите? — поднял брови парикмахер, — что это за оттенок? Что-нибудь новенькое?

Рэй вздохнул, поднял ползунки цвета на экране до упора и показал пальцем на результат:

— Белый.

— Проверю, есть ли у меня нужные реактивы, — смутился мастер. — В моде сегодня яркие цвета.

Через минуту он вернулся, закончил стрижку, отложил лазерное лезвие и надел на голову Рэя плотную мелкую сетку, подключенную к прибору в руках парикмахера. Он пробежал пальцами по кнопкам и ввел в приемник несколько ампул синтезированного меланина, и нажал на запуск процедуры. Рэй поморщился. Инъекции делались непосредственно в кожу, смесь влияла на луковицы волос, программируя цвет. Затем тонкие иглы прошлись по щекам, щетина посветлела. Кожу будет покалывать несколько часов. Еще одна причина для перехода на бионикриновые волосы.