Но детей оказалось двое – настоящий сюрприз. Я помню, как боялась выйти из кабинета УЗИ и признаться маме. Все топталась у порога. А когда вышла, мама только охнула и руками рот прикрыла: что тут поделаешь? А бабуля выдала: ну так не шестеро же, Люська! Не реви, поднимем! Это в Машке наша кровь взыграла. Я ведь тоже из двойни.


В общем, на заочный я все-таки перевелась и институт закончила. Кое-как, но диплом инженера получила. Четыре года прожила в деревне, наведываясь в город на сессии да праздники, а год назад и вовсе вернулась с детьми. Ну, не в деревне же их растить? А тут и мама вышла замуж за Николая Ивановича и переехала к нему в соседний спальный район. У бабушки, конечно, хорошо, но детям общение нужно – сад, кружки, школа. Лешка у меня настоящий мужичок – дай волю, он бы с дедом в его стареньком жигуленке и жил вместе с удочками, а Дашка - маленькая барышня. Ей танцы подавай и подружек с куклами.

Любознательные они – мои ягодки-малинки. И ведь похожи на меня – тоже синеглазые и улыбчивые. Правда, головки потемнее, но тут уж ничего не поделать – разве с природой поспоришь? А вот с человеком можно. Даже нужно. Особенно с тем, кого раньше любил, а теперь… Нет, не ненавидишь, а просто до того он тебя разочаровал однажды, что перестал существовать. Словно его ластиком из жизни стерли – фьють! И Чистое место! И можно жить дальше почти припеваючи.


Еще бы работу хорошую получить!


Да и вообще, время прошло и полегче стало – душа, если и не отогрелась, то оттаяла. Снова научилась людям в глаза смотреть. Вон, даже сны странного содержания сниться стали. Перины там всякие и мужчина в золотом тумане с бесстыжими намеками. Как будто ему в этом тумане только Маруси для полного счастья и не хватает!


Эх, но до чего же хорош!


Дэу-шка взвизгнул тормозными колодками и остановился у высокого офисного здания, клюнув носом.


- Приехали! – рявкнула Наташка. – Вылезай, Малина!


А когда я выскочила из салона и понеслась к широкому крыльцу, Феечка открыла дверцу, высунулась и заорала вслед:


- Удачи, Машка! Чтоб тебе на новом месте отработать лет так двести! Ни пуха! К черту! Но пасаран, подруга! – затрясла над головой кулаком. - О-оле, оле-оле-оле-е-е, Маруська чемпион! Ки-ия! Банзай! Ура-а-а! Вань-суй!!


- Кто-о?! – я споткнулась и заскользила на льдистой корке каблуком. Ноги чуть не разъехались в повороте. – Чего куда суй?!


Спешащий ко входу народ тоже заспотыкался и раззявил рты.


- Феякина, - я зашипела и незаметно покрутила у виска пальцем, - с ума сошла?! А ну кыш отсюда, алкашня!


Наташка нырнула в машину и виновато вякнула: «Ну все, я поехала». И умчалась. А я вздохнула, сняла с плеча сумку, поправила шапку и потопала к проходной.


8:00


Ой! Не потопала. Побежала!


Глава 2


Здесь снова следует сделать маленькое отступление, чтобы разъяснить вам, как я (без году неделя инженер) оказалась в этом новеньком здании компании «ГБГ-проект» (Гарант Бизнес Групп проект) - высоком, красивом и неприлично современном. С центральным лифтом (как в голливудских фильмах), вертушкой, буфетом, спортзалом для сотрудников, пропусками и охраной на входе.


Господи, неужели на свете есть счастливые люди, которые не носят с собой на работу термоски?! Оказалось, что да!


Так вот, когда я год назад вернулась из деревни со своими малинками, я твердо знала, что мне нужна работа. Время прошло, дети подросли, а значит, пришла пора самостоятельно встать на ноги. В школе я училась неплохо, всегда была сообразительной, и желание самореализации, конечно, на время утихло, но по-настоящему никогда меня не покидало. Однако встать на эти самые ноги и найти работу оказалось не так-то просто. При выборе вакансий и предложений, никто не порывался брать в штат неопытного сотрудника, да еще и с малолетними детьми. А в центре занятости перспективы и предложения прозвучали такие, что, честное слово, захотелось снова уехать в деревню, залезть в огород, и закидать эти перспективы коровьими лепешками.


И ходила бы я так еще долго и нудно, оббивая пороги и посматривая в сторону центрального рынка (ну а что? Не устроюсь по специальности, пойду апельсинами торговать! Не я первая, не я последняя!), если бы с работой не помог Николай Иванович – новый мамин муж.


Вообще-то Николай Иванович мужик добрый. Папу он мне, конечно, никогда не заменит, но к маме относится хорошо, к детям тоже, на шее не сидит – он автомеханик с тридцатилетним стажем. Мама с ним за последний год так расцвела, словно вторую молодость обрела! А мне чего еще надо? Бабуля посмотрела на их свидания и махнула рукой: «Да пусть себе вошкаются, перезрелки! Зато тебе, Маруся, свобода».


Ну, а я что? Я согласна: пусть.


Так вот, специальность у меня непростая, но интересная «Гидравлические машины, гидроприводы и пневмоавтоматика». Инженер-гидравлик я. Университет у нас по этой части в городе имелся очень серьезный, а предприятия и вовсе с громкими именами, известными на всю страну, со словами «газ» и «нефть» в корне. Не знаю, чем я думала, когда подавала в этот университет документы, но, скорее всего, влюбленной головой, потому что учиться в нем оказалось непросто, в программе преобладали технические предметы, и поступали на специальность в основном мальчишки.


Да, так я продолжаю. Выхлопотал мне отчим по своим каналам место инженера в небольшой частной организации «СНиПТехПромГаз». Почему газ, за год работы я понять так и не смогла (как ни разу не увидела в лицо ген.директора), но имя фирмы звучало солидно (чего не сказать о зарплате и премиях), а в моей трудовой книжке появилась первая гордая запись об официальном трудоустройстве. Штат отдела состоял из восьми человек, располагался в старой конторе, и занимались мы тем, что оформляли проектную и эксплуатационную документацию частным лицам (это для отчета налоговой), а на самом же деле отслеживали тендерные предложения на рынке спец.оборудования. Выискивали информацию о подрядах, об участниках, конкурентах и условиях. Можно сказать, под сенью неприметной конторы занимались неявным профессиональным шпионажем, а затем сливали информацию конкурентам.


Нет, конечно же, информацию сливали не мы – сотрудники фирмы, а тот самый ген.директор, которого никто из нас в глаза не видел. Но все мы люди взрослые. И потом, и если не ради заработка на конкурентах, то напрашивается вопрос: ради чего все это существовало?


Но, как говорится, на каждого хитромудрого умника найдется умник еще мудрее. А на каждую спину - свой ивовый прут. И руки возмездия дотянулись таки до «СНиПТехПромГаза» и перекрыли последнему вентиль на вход и выход. В конце концов, настал тот день, когда мы вышли на работу, а наш ведущий инженер – Жанна Арнольдовна Девятко, женщина обстоятельная и серьезная, собрала весь отдел и голосом Левитана объявила:


- Девочки, я должна вас всех расстроить! Нас с вами упраздняют и сливают!


- А мальчиков? – резонно поинтересовался единственный мужчина в коллективе Юрка Шляпкин, двадцативосьмилетний холостяк. – Извиняюсь, куда?


Жанночка вздохнула и уже нормальным тоном добавила:


- Туда же. Через отдел кадров и, как вариант, по собственному желанию на выход. Я только что узнала: с первого декабря нашу организацию ждет официально слияние с компанией «ГБГ-проект».


Что?! Вот это новость! На последних словах мы все замерли, словно голодные мыши при появлении кота с куском сыра во рту. И вроде бежать надо, но еще неизвестно кто кого – всем кушать хочется! Нет, оно-то понятно, дело обычное – мелкую фирму проглотила более крупная рыба. Но, твою ж зеленую петрушку! Рыба-то оказалась зубастая и набита красной икрой. Вот нафиг мы ей?


«ГБГ-проект» - шутка ли! Да они на работу инженеров из-за границы приглашают! Все лучшие тендерные предложения, все лучшие проекты за последние пять лет – их! Уж нам ли не знать?! К ним устроиться почти нереально! И теперь, значится, фирму они проглотили, а нас куда? На биржу?!


- А еще варианты есть? Кроме как «по собственному»? – нервно кашлянул в кулак и возмутился Юрка. - Что за фигня вообще? И почему распускают персонал? Между прочим, мы здесь все квалифицированные инженеры, а не покурить пришли. Плюс у народа праздники впереди! Елка, баня, Новый год. Да у меня договор на эксплуатацию в разработке, заказчиком уже аванс оплачен! Нет, я не согласен самоустранятся. Пусть и персонал забирают, им что жалко? Каких-то несчастных восемь человек! Я слышал там зарплата – …сот удельных единиц! Если что, я и курьером поработать готов.

В этом месте глаза у всех засверкали – у кого от зависти, а у кого от слез. Я вспомнила свою наличность в кошельке и совсем раскисла. Это что же, получается мне снова работу искать?! Перед глазами встал рынок и апельсины.