Михаил Архангельский

Русские идут!

сатирический боевик

Русские идут твёрдым шагом

Реют на ветру волны стяга

Радостно и зло слышно там и тут

Русские идут! Русские идут!

Русские идут, но не для парада

На своей земле наводит порядок!

И врагам Руси наступает суд

Русские идут! Русские идут!

Боевой марш Русских Националистов

Пролог

«Нет, это не моя война»,- сказал он себе, сидя на обломке кирпичной стены и глядя на руины селения чужого народа, который уже привык ненавидеть, хотя и понимал, что не в нём корень зла.


* * *

Примерно через неделю, у шоссе нашли обезображенный труп, в котором по медальону-«смертнику» опознали его.


* * *

– Давно ты его знаешь?

– Пришлось как-то вместе пострелять в одном поганом местечке.

– Доверять можно?

– Как мне.

– Ладно, Лёха, тогда завтра и обкатаем.


* * *

Назавтра всё прошло гладко. Запасы группы пополнились двадцатью ящиками АКСМов, не считая патронов и ТэТэшников. Да ещё «Рыжий» прихватил для себя ППС-43. Какого только антиквариата не найдёшь на забытом богом складе. С охраной проблем не было – ни кто не хотел умирать.


* * *

Через пару недель они испытали АКСМ с патронами для «Сайги», добытыми из «разбомблённого» ими вагона. Надрезанные оболочки пуль, как им и положено, рвались в коробках с тряпьём.

Разглядывая на ладони останки пули, Стас сожалел: «Нам бы такие в Боснии, а, Лёха? Любой фанатик сдох бы махом от шока, получив такую хоть в ляжку».

Выкарабкавшись из оврага «Рыжий» достал из под сиденья ППС. Загнав в приёмник магазин, он сбежал вниз, проехав на каблуках часть пути. Не раскладывая приклада, оттянул затвор и прямо от живота размёл длинной очередью остатки мишеней.

«И охота тебе с музейной рухлядью баловаться»,- отреагировал на это явление Лёха.

«Это не рухлядь. Это лучший пистолет-пулемёт Второй Мировой войны»,- обиделся за своё оружие «Рыжий»: «С таким мой дядька всю Литву и часть Польши облазил, когда в СМЕРШе служил. Немало тамошней сволочи замочил. Жаль не всю».

Вильнюсский омоновец Стас, с пониманием кивнул.

– Вот смотри,- продолжал «Рыжий», приёмник магазина у него работает за переднюю рукоятку. Румыны с венграми специально делают цевьё с рукояткой для своих АКМов, чтобы удобнее было их при стрельбе удерживать. И дульный тормоз, чтобы ствол не задирало, у него есть, и кожух, чтобы руку о раскалённый ствол не обжечь, тоже. А теперь гляди – беру его рукой за середину и хоть перебежками, хоть через изгородь сигай. Жиды, когда наш «калаш» испортили и «Галилом» обозвали, для этого специально к нему откидную рукоятку приделали.

«Дай шмальнуть»,- бросив недокуренную сигарету, попросил Лёха…

«Для меня это оружие нашей победы в той войне. А «калаш»… он конечно хорош… Но Второй Империи он не защитил!»,- объяснял «Рыжий» когда они уже карабкались по склону. «Мы не защитили»,- резонно заметил Лёха.


* * *

Ко времени «Ч» продолжали подтягиваться наши ребята из Сербии. Одна за другой добрались две группы таджиков. Все ощущали неотвратимость развязки. Казалось – сам воздух потрескивал электричеством. Мало что изменилось со времён хана Чингиза заметившего, что главная доблесть на войне – это выдержка в опасности.


* * *

В поздних февральских сумерках на одном из подмосковных шоссе затормозил белый «жигуль». Вышедший из него пассажир вынул из багажника тюк, в котором оказался зенитный гранатомёт «Игла». Через 15 секунд он уже был готов к применению. Выпустив с плеча ракету, человек бросил пусковую установку в канаву и сел в машину, которая сразу же тронулась. Через несколько секунд самонаводящаяся ракета встретилась с набиравшим высоту самолётом президента.


* * *

Ещё через несколько минут на шоссе от аэропорта, из отжатого охраной на обочину джипа с затемнёнными стёклами, ударил реактивный огнемёт РПО-А спаливший нахрен бронированный лимузин премьера.


* * *

Примерно в то же время на крупном ретрансляторе распространявшем сигналы радиостанций «Маяк» и «Радио России», неожиданно для себя, была сменена охрана. И пока ошарашенные служивые приходили в себя в одном из пустующих складских помещений, новоприбывшие специалисты – электронщики вместе с частью прежних сотрудников подключали привезённую аппаратуру. Когда пустили плёнку с воззванием к народу в котором Национальная Революция провозглашалась свершившейся, командир группы отправился, как он сам выразился: «Проверить порядок «на бастионах». Не смотря на царящий в стране бардак, всё же следовало ждать нападения.


* * *

Несколько раньше описанных уже событий в кабинет командира дивизии постоянной готовности зашли два молодых офицера. Хозяин кабинета приготовился было вполголоса рыкнуть на незваных посетителей, но не успел. Два раза подряд чмокнул диверсионный пистолет ПСС и никакие горести земной юдоли не стали больше волновать генерал-майора. Армейский мятеж начался в части считавшейся одной из надёжных опор режима.


* * *

Перепуганная «элита» побросав «джипы» и «мерсы» ещё ломилась в международные аэропорты, а первогодки под присмотром «дедов» уже готовили подвалы казарм для «избранных» постояльцев.


* * *

Андрей, теперь он уже не скрывал своего настоящего имени, уцелел после «рандеву на шашлыки» с премьером, только благодаря панике охраны последнего. Радуясь удаче, и чувствуя удовлетворение от своего участия в событиях этих горячих дней, он жаждал продолжения борьбы, ощущая чертовскую полноту своих сил. И взвихренное время давало широкое поле для их применения: Бунтовала черножопая часть криминальной «братвы», свирепствовали «бейтаровцы», прислушиваясь к западным «голосам» готовили измену продажные «интеллектуалы». И за всем этим вставали зловещие тени зарубежных спецслужб…

Глава I

1

Крупную банду «бейтаровцев» удалось прихватить на учебной базе ФСБ, где они отсиживались после очередной кровавой вылазки. Была надежда, что удастся взять и её главаря известного под именем Мордыхай. Этот гад успел отметиться целым рядом изуверских дел, среди которых была и «разборка на запчасти» русских детей с последующей поставкой органов для трансплантации в израильские клиники.


* * *

«Рыжий» стоял на плечах здоровяка Лёхи и, удерживая левой рукой «колючку» натянутую поверх забора, рубил её канадским ножом у самой наклонной стойки. Через несколько минут вся группа была уже на территории базы и двигалась в темноте к отведённому ей сектору, где в инспекторском коттедже, по сведениям источника, должен был находиться Мордыхай.

Эта часть базы представляла собой что-то вроде запущенного парка. Чтобы не производить шума бойцы шли укороченными шагами, ставя ноги на землю мягким, нащупывающим движением. Если под неё попадал сучёк или другой предмет способный вызвать шум, боец, опираясь на ногу, имеющую твёрдую опору, искал другое место, куда шагнуть. Отводя в сторону ветки, преграждающие путь они не бросали их, а, придерживая, медленно возвращали в прежнее положение. Освещённых луной и фонарями участков они избегали, придерживаясь тени деревьев.

Лишь раз им пришлось остановиться, чтобы подпустить парный патруль. Одного бейтаровца снял таджик Иса, вогнав ему нож в правую почку и успев зажать рот левой рукой. Другого Лёха «прибрал» удавкой из гитарной струны. Так что обе некрещеные души отлетели по тихому.

Прибыв на место, Андрей оценил на глаз «избушку», и указал Стасу приглянувшуюся ему часть стены. Туда Стас и пальнул из гранатомёта. Сильно удивлённые обитатели дома даже не подумали сопротивляться ворвавшимся в пролом людям. Но, к сожалению, в захваченной компании, в которую входили и две голые визжащие бабы, не нашлось никого соответствующего по приметам Мордыхаю. И хотя по всей базе уже шла стрельба, и метались группы ошалелых бандитов, командир решил провести форсированный допрос.

Выбрав среди собранных говнюков самого на вид важного, Андрей велел волочь его в другую комнату. Там заботливые руки Лёхи затянули на его глазах повязку и ласково пихнули гостя на пол. Где его и распялили, притянув верёвками за руки и за ноги к ножкам солидной обстановки. Полюбовавшись при свете фонариков на факт искусства явленного его ассистентами, «Рыжий» пнул «клиента» по рёбрам и пообещал, для завязки беседы, тут же и вспороть ему брюхо.

Сей жид оказался весьма словоохотлив. И хотя он всех достал скуля о пощаде и провонял помещение своим дерьмом, однако полученные от него наколки казались довольно интересными.